Жду его! Этот тихий звук шагов будорьет мою ожиданность. Уши чуткие, как у волчицы, ощущаешь каждое движение в доме — и вот он, незамеченным приходит. Ковер с длинным ворсом под ногами, мягкий и теплый, так же жарко обнимает меня сейчас. Скоро буду на коленях, дыша свободой и страхом рядом с этим мальчиком... Очень хочу, чтобы это случилось скоро....
- Мне правда хорошо, и я совсем не устала! Не считаете же вы меня какой-то слабачкой? Я выросла на Байкале! Не забывайте!
- Вы росли на Байкале? – один из гостей-мужчин заинтересованно посмотрел на меня. – Диана… вот почему мне показалось знакомым ваше лицо! Вашего отца звали Демьян?
- Да, - у меня пересохло во рту. Конечно, я понимала, что меня могут узнать. Но…
- Я знал его, давно это было. Кажется, он погиб?
Внутренне съежившись, я кивнула. Молила, чтобы этот человек ушел, прекратил расспросы. Видимо, мои мужья заметили мое состояние.
- Извини, Егор, не думаю, что стоит сейчас ворошить прошлое, и…
Но тут я внезапно почувствовала, что мне НАДО вспомнить о родителях! Они ведь были не виноваты в том, что случилось! А я… получается за весь этот день, самый счастливый день, я ни разу не вспомнила о тех, благодаря кому я вообще живу на этом свете!
Нет, я вспоминала их утром, когда стилист Стеллы укладывал мои волосы. Я в тот момент думала о маме, о том, как она делала мне прически в детстве, называла своей принцессой, рассказывала, как видит мое будущее, что ей так хочется побывать на моей свадьбе.
- Извините! Я… я хотела бы сказать несколько слов. Вспомнить моих родителей. Их, увы, давно уже с нами нет, но я их очень люблю. И хочу почтить их память.
Я подняла бокал. Все гости как по команде повторили мой жест.
Мне было трудно дышать, и я не видела ничего вокруг – слезы застилали глаза. Я только чувствовала поддержку.
Руки двух сильных мужчин с двух сторон обнимали меня, помогая держаться.
И я верила, пока они со мной – ничего мне не страшно!
- Артур, моя мама не могла тебе дозвониться. И я… не хотела мешать, но… ты должен с ней поговорить, прошу!
Меня начинало дергать от одного ее голоса. Я понимала, что не должна, но все-таки...
- Я наберу ей позже, Арина.
- Артур, пожалуйста! Ей назначена операция на завтра. Она отказывается. Она вообще хотела приехать домой сегодня.
Арина всхлипнула, вытерла слезу. Я видела, что она не играет и все же не верила.
Мне ли не знать!
Сколько лет я играла роль маленькой, заблудившейся голодной девочки?
Сколько лет заманивала людей в свои сети?
Насколько достоверно я изображала малышку-сиротку, за которой гонится стая оголодавших мужланов? Или крошку, над которой надругается отчим? Или просто девочку, которую нужно пустить в дом, обогреть, накормить…
И ведь мне верили!
Верили и… теряли все.
