Жду его! Этот тихий звук шагов будорьет мою ожиданность. Уши чуткие, как у волчицы, ощущаешь каждое движение в доме — и вот он, незамеченным приходит. Ковер с длинным ворсом под ногами, мягкий и теплый, так же жарко обнимает меня сейчас. Скоро буду на коленях, дыша свободой и страхом рядом с этим мальчиком... Очень хочу, чтобы это случилось скоро....
Темная комната, стены которой были затянуты алым бархатом. Тусклые светильники, скрытые в нишах. Я лежала на столе, обтянутом черной кожей.
Мне было холодно.
Хотела прикрыться, но поняла, что не могу пошевелить руками. Присмотрелась и поняла – руки прикованы наручниками к специальным скобам в столе. Ноги тоже были прикованы.
Неожиданный резкий свист и что-то ударило по моему животу. Не больно, но… странно. Я посмотрела туда и…"
"Артур стоял надо мной. В его руках была какая-то странная штуковина, подобие плетки, только хвостов у этой плетки было много.
Он поднял ее и еще раз опустил на мое тело. Теперь чуть резче. Мне снова не было больно, но было неприятно и обидно. Я не могла понять, зачем он делает это.
- Что происходит, Артур?
- Очнулась? Хочешь знать, что происходит? Я просто решил проучить свою маленькую лживую женушку. Чтобы у нее больше не возникало желания лгать! Я отобью у тебя охоту говорить неправду!
Он ударил снова, на этот раз ощутимее.
В его глазах сосновая смола плавилась, превращаясь в черную масляную нефть.
Боль, которую он хотел причинить мне. За все то, что я сделала.
Он винил меня в смерти матери, и в смерти Германа тоже.
На его лице был написан приговор мне.
Я поняла, что пощады не будет.
- Артур, выслушай меня, прошу!
- Закрой свой поганый рот!
- Артур, ты ведь Альфа! Ты мой Альфа! Ты клялся мне…
- Если ты не заткнешься сама мне придется тебя заткнуть!
Он показал мне странный алый шарик на кожаном ремешке, а потом пальцами надавил мне на щеки и вставил эту штуку в мой рот.
Я плохо помнила, что было потом.
Боль.
Ад.
Он бил меня плеткой.
А потом… потом он сделал это. И я ничего не почувствовала.
Мой любимый занимался со мней сексом. Нет. Он трахал меня. Грязно. Пошло. Мерзко.
И я ничего не чувствовала. Ни-Че-Го.
Не знаю, сколько длилась эта пытка. Кажется, я несколько раз теряла сознание. Потом приходила в себя, видела, как его член вколачивается в мою плоть, как пусты при этом его глаза и снова впадала в небытие…
Помнила только, что, когда он вытащил изо рта кляп, я не могла говорить.
Но он умел читать мысли.
Правда, верил лишь в те, которые были ему удобны.
«Ты говорил, что я твоя Ди… ты обещал любить меня несмотря ни на что… ты признал меня своей истинной, ты говорил, что я твоя Ди…»
- Моя Ди умерла.
