Жду его! Этот тихий звук шагов будорьет мою ожиданность. Уши чуткие, как у волчицы, ощущаешь каждое движение в доме — и вот он, незамеченным приходит. Ковер с длинным ворсом под ногами, мягкий и теплый, так же жарко обнимает меня сейчас. Скоро буду на коленях, дыша свободой и страхом рядом с этим мальчиком... Очень хочу, чтобы это случилось скоро.
Сначала Артур, потом Герман, потом мне казалось, что оба сразу, хотя такого не могло быть, но их губы так быстро сменяли друг друга!
А руки! Я уже не понимала, где руки одного, и где руки другого. Они ласкали меня сначала очень нежно, потом более настойчиво.
Они не были одинаковыми в этом, нет. Просто я уже не в состоянии была их различать.
Тонула в удовольствии.
Мне было просто до умопомрачения хорошо!"
"Они изучали мое тело, подробно, обстоятельно. Словно записывая на подкорку каждый мой вздох, стон и всхлип. Отмечая какое именно место чувствительнее, а где нужно быть осторожнее.
Я лежала на спине, наблюдая за тем, что они делали.
Артур целовал мой живот, медленно, не пропуская ни сантиметра, оставляя на коже маленькие алые точки.
Герман держал мою ступню, посасывал по очереди пальцы ног. Начал с большого. Я и представить не могла насколько это чувствительное место! Казалось прямо от пальца протянута внутри меня тонкая струна, ведущая прямо в лоно. Он облизывал палец, а я становилась все более влажной там – складки опухли от крови, прилившей к ним.
Альфа опустился к лобку, мягко поглаживая.
Почти невесомо коснулся клитора, и я забилась в первом экстазе, стараясь сдерживать крик.
- Что случилось, малышка? – спросил старший брат, когда мое тело перестала сводить судорогой страсти.
- Все… все отлично…
- Почему ты сдерживалась?
Я поняла, о чем он.
Да, я стеснялась кричать.
Все время в голове была мысль – в доме чужие женщины. Для меня пока совсем чужие, даже если они в скором времени станут родственницами. По сути, уже стали – ведь то, что я буду женой волков не обсуждалось, было простой формальностью. Я их истинная. Следовательно я должна была стать хозяйкой дома.
Но все равно они были чужими.
Я долго отвыкала от жизни в коммуне, в толпе народа. Так как мне приходилось жить в банде Серого.
После того как я покинула банду, я ревностно охраняла свое право на одиночество.
Да, я полагала, мне будет совсем не легко ужиться с чужими самками на моей территории.
- Я понял тебя, детка. Я сделаю так, чтобы тебя больше ничего не беспокоило.
Он готов был отправить тетку из дома? Впрочем, я думала, что у него есть средства на то, чтобы построить для тети жилье в любом удобном месте.
- Милая, не волнуйся. Шумоизоляция тут такая, что в этой комнате можно кино озвучивать – будет тишина как в студии. Или тут можно устроить концерт рок-группы. Слышно не будет.
- Это точно, только стены начнут вибрировать от басов. – Герман ухмыльнулся.
