Автор
В маленьком городке, где жизнь кажется непривлекательной и скучной, ты притворяешься счастливкой. Но когда встречаешь шайку неугомонных друзей в баре, твои светлые идеи начинают подозревать черную сторону человечности.
Мои маленькие цели занимали всю жизнь, я училась, работала, стремилась ко вполне определённым целям, а что будет дальше?"
"– Не переживай, они тебя не тронут, – я замерла, Ян понял мой испуг и пояснил: – Ты стала дышать иначе, разница небольшая, но я почувствовал. Не волнуйся из-за моих парней, они к тебе больше не подойдут. И не тронут, – он чуть сильнее сжал меня, словно забыл, что я ему не принадлежу. – Отец просто потребовал, чтобы я взял их с собой, показал, как живут люди. Это традиция, знаешь ли. Дурацкая традиция, от которой обычно только польза.
Я лежала, таращась в стену, боясь спросить, остался ли жив тот оборотень, которого Ян оставил на поляне. Не потому что боялась, просто не хотела портить образ своего спасителя кровью.
– А-а, – начала и замерла.
Рука Яна сместилась чуть ниже.
– Спрашивай, – вздохнул он.
– А оборотень, с которым… Он жив?
– Жив. Отправил его отдохнуть, наверное, Миха, уже проспался и вернулся в гостиницу. Послушай, тебе, правда, не о чем беспокоиться.
– Я тебе верю.
– Вот и правильно. Ты выспалась? Мне уже пора.
Как признаться себе, что не хочу его отпускать? Что не хочу, чтобы он ушел из моей жизни. Пусть психологи всего мира твердят о том, насколько нереальны мои чувства сейчас. Да, я испытываю к нему благодарность за спасение, и это чувство никак не может быть наносным, но кроется за этим и нечто иное.
Я отодвинулась, почувствовав, как его рука соскользнула с меня.
– Спасибо, – прошептала в подушку.
– Не стоит. И… лучше пару дней отдохни, хорошо?
– Да, конечно.
Я не оборачивалась, почти не дышала, ждала, слушала, когда хлопнет входная дверь. И только услышав, тихонько выдохнула и зарылась лицом в подушку. Плакать и жалеть себя не хотелось, Ян прав, в том, что произошло не моя вина, а тех оборотней, которые решили, что им дозволено все.
