Девушка с редким даром привлекла внимание Первого советника, могущественного и коварного мужчины империи, желающего сделать её своей марионеткой. Спасаясь от опасной участи, она вплетается в ещё более запутанную и опасную игру, где каждый шаг может стоить ей жизни или свободы.
Раздел Chitat.online для книги «Истинная на полставки (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Девушка с редким даром привлекла внимание Первого советника, могущественного и коварного мужчины империи, желающего сделать её своей марионеткой. Спасаясь от опасной участи, она вплетается в ещё более запутанную и опасную игру, где каждый шаг может стоить ей жизни или свободы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна Шаенская Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Девушка с редким даром привлекла внимание Первого советника, могущественного и коварного мужчины империи, желающего сделать её своей марионеткой. Спасаясь от опасной участи, она вплетается в ещё более запутанную и опасную игру, где каждый шаг может стоить ей жизни или свободы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но стоило опустить взгляд ниже, на гибкое, но в тоже время мускулистое тело, украшенное многочисленными татуировками и золотыми цепочками, как щёки полыхнули румянцем, а на глаза заботливо опустилась горячая ладонь дракона.
Одежды на госте не было. Самое сокровенное прикрывал лишь плотный клочок тумана, гордо летящий впереди Валентина…
— Я тебя точно по ветру развею, — голос Рамона вибрировал от ярости и ревности. — Где одежда?!
— На мне, — послышался мелодичный перезвон цепочек и браслетов. — Верх прикрыт, низа у меня нет, что тебя не устраивает?
— Всё! — рычание Дари смешалось с шелестом ткани, а через миг Рамон убрал ладонь с моих глаз.
— Ну, вот, совсем другое дело, — ответ генерала слился с протяжным воем духа и моим звонким смехом.
Модистка из дракона вышла… с огоньком! Вместо того, чтобы выдать Валентину рубашку, он набросил ему на голову простыню, предварительно выпалив две дырки для глаз.
Белоснежная ткань скрыла красивое лицо и обнажённую фигуру духа, оставив снаружи только клубящийся кончик туманного хвоста. Ног у Валентина также не оказалось, но назвать его джином или нагом не получалось…
Кто же ты?!
— Вкус у тебя… ужасный! — тяжело вздохнул дух, с тоской осмотрев своё отражение. — Но радует, что моя кровинушка в надёжных руках.
— Кхе… — от слов призрака закашлялась не только я, но и Дари с Рамоном.
— Позвольте представиться, ваш покойный слуга — Валентин Тамрельский, Первый князь и праотец всех вампиров, — простыня колыхнулась, обозначив галантный поклон. — По совместительству ваш прадед и дух-хранитель, леди Амира.
Плюшевый вампир… В смысле, туманный кот… Вернее, прадух, тьфу ты, прадедушка мой покойный, но неупокоенный — праотец всех вампиров?! Спаси меня рябина!
Услышанное не укладывалось в голове, а мысли тормозили, как сани по булыжной мостовой. Я ничего не понимала, хотелось то ли икнуть и упасть в обморок, то ли истерически засмеяться. Что ответить Валентину не знала, к счастью, первым очнулся Дари.
Скользнув к лежащему на столе плюшевому зверьку, дракон принялся тщательно обнюхивать его.
— Дружище, что ты делаешь? — дух подлетел ближе.
— Да вот, понять пытаюсь, чем ты надышался пока в игрушке прятался, ежели тебя так накрыло? — задумчиво протянул дракон. — Или это голодовка так подействовала?
— Ни то, ни другое! — вампир раскатисто засмеялся и стянул простынку с головы, набросив на плечи как обычный плащ, чтобы не смущать меня. — Господа, понимаю, новость шокирующая, но Амира действительно моя правнучка…
— Валентин, ты умер больше семи тысяч лет назад, — заботливо напомнил Рамон, — даже если учесть твою выдающуюся посмертную активность — это явно перебор!
— Я сейчас не о ваших смертных поколениях, — отмахнулся дух.
