Внутри этого пустого пространства, я растворялась в одиночестве, ощущая безумие на пороге сознания... Только тихий эх смеха скользил мимо невидимой черты, а шепот над ухом заглушался насмешливо-протяжным «Ма-ара, моя Ма-ара». Я пыталась выкрикнуть его имя — но он не отставал. Здесь и сейчас, близко и далеко, его присутствие заставляло меня распаляться до безумия. Его имя звучало как навязчивый крик в глубине сердца....
В его небесно-голубого цвета глазах мелькала жгучая решительность и сила. А еще, иногда я видела невзначай то, что мне больше всего не нравилось затрагивать, и когда он начал замечать, что я не одобряю поливание дракона ненавистью, она усилилась.
Я знала, что дракона ненавидели почти все, кто уважал. Уважали как раз все, так что ненависть была очень частым приложением. Даже понимала, что не за просто так, и что благородно-радушная сторона заботливого контролера — лишь малая часть того, что он показывал мне.
О чем я? Ах да, крохотная пристань, на которую я спустилась одной из первых с борта, выглядела изумительной смесью простоты, аккуратности и живописного изящества. Рыбу вампиры не ловили вообще, так что аромат витал исключительно цветочный.
"До глубины души поражало то, насколько спокойно и тихо здесь было. Единственный более-менее выбивающийся шум издавали моряки, выгружавшие товар.
И только факт того, что вампир нагло преградил мне путь к нанятому экипажу, привносило разлад в мои светлые ощущения — за спиной Ринталиона терпеливо ждал добродушный юноша, которому он упорно не давал забрать чемоданы. Меня настолько стала раздражать настырность вампира, что я даже нагрубила ему, хотя имя «Рин» вовсе не вызывало во мне такого уж отторжения.
