Внутри этого пустого пространства, я растворялась в одиночестве, ощущая безумие на пороге сознания... Только тихий эх смеха скользил мимо невидимой черты, а шепот над ухом заглушался насмешливо-протяжным «Ма-ара, моя Ма-ара». Я пыталась выкрикнуть его имя — но он не отставал. Здесь и сейчас, близко и далеко, его присутствие заставляло меня распаляться до безумия. Его имя звучало как навязчивый крик в глубине сердца....
Но я не считала это важным. Я не отрывала от него буравящего взгляда, а он словно и не замечал более. Равнодушно пробежался глазами по аудитории снова, как бы запоминая лица своих новых учеников, хотя я прекрасно знала, чувствовала, что они для него были не более чем пылью, он даже не станет напрягаться на имена. Повернувшись к доске, он быстро что-то стал рисовать.
— Предмет, который вы начинаете изучать, называется «искусство темной магии». Заметьте, не техника, не приемы, даже не наука. Его символ, как вы видите, схож с авроссиас — да, с символом искусства.
Тишина в аудитории стояла звенящая. Было ли дело в том, что дракон действительно великолепный преподаватель, или в том, что его голос обладал, как я заметила уже давно, гипнотическими свойствами, или и то и другое, но слушали все настолько внимательно, что мне казалось, если мошка сядет на стол, звук соприкосновения ее с поверхностью громким эхом разнесется по широким стенам и высоким потолкам.
Слушала даже я, позабыв на время о том, кто ворвался даже в мою заслуженно свободную студенческую жизнь и вошел так легко в преподавательский кураж.
— С учетом, что теория у вас есть, — тем временем выдержав короткую паузу, продолжил Шайкан. Мне показалось, или его тон немного смягчился? Не показалось. Дракон мельком мазнул по мне очередным взглядом, будя уже было утихнувший гнев, и я поняла, что мое внимание ему льстило. Вот же… — Моя задача заключается в том, чтобы воплощать ее в практику, в реальность.
