Анна медленно открывает глаза и встречает яркое солнце над бескрайним морем. На её лице проступают знаки старческой усталости — глубокие морщины, посеребренные сединой в холщовой рубахе, словно отражение волн на тихом море. Старик, полон тепла и заботы, внимательно следит за ней, готовый поделиться своим жизненным опытом.
Вчера за новостями никто и не обратил внимания, что она заговорила.
– Так ты умеешь говорить? Просто не могла или не хотела? – Всплеснула руками Карла. – Вот радость то!
– Да. – Пожала плечами Софи.
Мы еще немного обсудили эту новость, подхватили мешки с одеждой и подушками, после чего забрались в телегу. Марту, посовещавшись еще вчера, решили взять с собой. Она не требовала много внимания к себе, в основном держалась рядом с Софи. А с кем ее оставить? Да ещё неизвестно, насколько мы уезжаем. Она будет скучать, мы - волноваться за нее, поэтому пусть с нами едет.
Итак, вчетвером с девочками расположились в телеге, ликов Домиан с тремя охранниками ехал верхом. Прощальный взгляд на дом! И вперед! Добывать свободу Карле.
Проехали мимо нашей первой таверны, вокруг нее туда-сюда сновал народ. Люди собирались в дорогу, едва вставало солнце и торопились остановиться на ночлег с приближением ночи. Сейчас начнется уборка, вынос мусора и подготовка к приему новых гостей. Жизнь продолжается. А мы едем дальше. Говорить ни о чем не хотелось. Что нас ждёт впереди? Поможет ли кардин Серхио? И главное - в столице ли он? Вопросов больше чем ответов.
Но вместе с тревогой я радовалась присутствию ликова Домиана. Это мое первое путешествие по стране, и символично, что вместе с ним. Глупое сердце готово вырваться из груди, а я временами ловила себя с мечтательной улыбкой. Наверное так нельзя, но за больше чем два месяца на одном месте, я воспринимала нашу поездку сродни сказочному путешествию.
Ничего не могла с собой поделать, и постоянно искала его фигуру, а когда натыкалась на его взгляд, смущенно отводила глаза. Так бы и переглядывались, пока Марта не попросилась в туалет, и мы остановились на обочине.
– Анна! Мы постараемся найти выход, – ликов воспользовался остановкой отвел меня в сторону. – только будьте готовы к самому плохому. Закон на стороне мужа Карлы.
Он опустил глаза и замолчал. Ничего себе, ободряющая речь.
– Я понимаю, что Вы ждете от меня помощи, но вынужден сообщить, что от меня в этой ситуации мало что зависит. – И снова тяжелый вздох и пауза. Он решил меня ввергнуть в пучину отчаяния?
– Зачем Вы мне это повторяете, я и сама прекрасно все понимаю.
– Вы с такой надеждой смотрите на меня, и я посчитал своим долгом сказать Вам правду. – Ах вот оно что? Надо прекратить пялиться на него, пока он не придумал чего большего. Видно же что также полночи не спал, глаза красные. Да и в седле держиться иногда расхлябано, руки висят как плети, спина сгорблена.
