Анна медленно открывает глаза и встречает яркое солнце над бескрайним морем. На её лице проступают знаки старческой усталости — глубокие морщины, посеребренные сединой в холщовой рубахе, словно отражение волн на тихом море. Старик, полон тепла и заботы, внимательно следит за ней, готовый поделиться своим жизненным опытом....
Мне показалось эта традиция очень красивой и правильной.
В этот же день привезли черепицу и кухонную утварь. Черепица, ладно, я не знаю сколько ее требуется. А вот зачем ликов Домиан набрал столько посуды и котлов? Или надо было ему количество написать?
Восемь! Больших походных котлов, литров по двадцать. С десяток поменьше. Глубокие глиняные тарелки, вообще без счета, и столько же деревянных ложек. А еще ножи, черпаки разных размеров, и с десяток сковород. Здесь же стояли невысокие пузатые банки с широким горлышком, объемом, литра два примерно.
– Карла, ну кувшинов то зачем столько? – Сокрушалась я. На что моя подруга и помощница смутившись пояснила, что это ночные вазы. Ах простите, если вазы, то я беру свои слова обратно.
Николас тут же всё утащил к себе “в норку”, так мы прозвали навес, где он ночевал. Но с каждым днём возникали вопросы, самому-то ему хватает места?
За два дня до запуска таверны, у нас были готовы все аппликации и вееры. Выпросили у Николаса сковороду, и через тряпочку приклеили к дешевому льну наши пирамидки, квадратики и прямоугольники.
Натягивать их на стены поручили работникам. А вторым рейсом привезли веера. Объяснили как их развешивать и потоптавшись немного пошли домой. Вроде как от нас больше ничего не требовалось.
В копилке сокровищ маленькой Марты, вместе с первым окрашенным куском ткани, ликов Домиан обнаружил острый шип с дерева гиганта и несколько пригоршней камней. Безусловно, ребенок сам обзаводился игрушками. Поэтому…
– Девочки! Давайте смастерим куклу для Марты? – Обратилась я к своим спутницам. Иглы и нитки мы выпросим у Николаса. Вот ткань… а мы отправим ликова Домиана к строгому завхозу.
Выкроим тельце, руки, ноги, голову.
Ликов Домиан смутился нашей затее, но мы нашли аргументы в пользу ребенка, и вскоре получили кусок ткани, нитки и иголку. Острый нож выпросили на кухне, там же уголёк, которым и нарисовали контур. Затем Карла ловко вырезала по линиям фигурку, сантиметров пятьдесят в высоту, а Софи села шить.
