Анна медленно открывает глаза и встречает яркое солнце над бескрайним морем. На её лице проступают знаки старческой усталости — глубокие морщины, посеребренные сединой в холщовой рубахе, словно отражение волн на тихом море. Старик, полон тепла и заботы, внимательно следит за ней, готовый поделиться своим жизненным опытом.
Если бы знать, что у нас будут деньги, я бы купила рулон ткани, то есть взяла в долг, и отнесла шить подушки. Но ясности нет, поэтому мы по прежнему не тратим деньги.
Это конечно злая усмешка судьбы. Мы работали не покладая рук последний месяц, плохо питались, и вот сейчас даже не можем себе позволить рулон самой дешевой ткани. Опять же, не для себя, а для продажи. Эх!
– Софи! Куда ты хочешь пойти? – У меня закончились маршруты для прогулки. Софи перевела взгляд на харчевню. Понятно, только вот пока туда нельзя. Хотя… Как я могла забыть! Там же есть дверь с обратной стороны, чтобы заносить продукты и уносить мусор. А на кухне наша Карла, да и мы можем немного подслушать.
Ага, не успели дойти. Нам дорогу преградили военные, или как их здесь называют?
– Анна? София? – Один из них переводил взгляд с меня на Софи. Стало неприятно, и я загородила собой подростка. Солдат только усмехнулся, проследив мое движение.
– Вас ждут в харчевне. – Не может быть! Про нас вспомнили! Я радовалась, пока не сообразила. Зачем нас зовут? Для чего? И от этих мыслей вновь заволновалась. Взяла за руку Софи, она сжала ладонь Марты и мы пошли за солдатом. У входа толпилось много людей, в основном это наши - им тоже не терпелось узнать подробности. Но были и путники, проезжавшие мимо. Эти по привычке завернули к нам поесть, а их не пускают. Вот и узнавали, стоит ли дожидаться? А узнав почему никого не пускают внутрь, кажется передумали уезжать. Ну где они еще такое увидят своими глазами? Только у нас!
Боязливо зашли внутрь и остановились у входа. Внутри за время нашего отсутствия появились те самые разбойники. Их поместили в угол и отгородили столом. А рядом стояла охрана.
Ликов Андреас стоял напротив стола Кардина Серхио, и по обеим сторонам его охраняли солдаты.
Все взоры устремились на нас, и стало совсем неуютно. Чего это они? Ладно, своих мы не боялись, но имперские дознаватели смотрели исподлобья, зло. А храмовники, за исключением нашего Кардина с явным интересом.
ГЛАВА 38"
"– Анна, София! Ликов Домиан попросил огласить приговор в вашем присутствии. – С еле уловимой усмешкой произнёс один из дознавателей. Потом спохватился, перевёл взгляд на кардина Серхио, и заметив его улыбку, устремленную к нам, облегченно выдохнул.
Мы прошли и встали за спинами кардина и нашего ликова. Даже Марта стала серьезной, и не тянула свои ручки к отцу, как она это делала при каждой встрече. А затем воцарилась тишина. Да такая, что даже на кухне перестали греметь посудой.
