В жарком трепаке любовных треугольников Стефан и Деймон Сальваторе обнаруживают, что их сильная братская связь не выдерживает конкуренции за одну женщину — потрясающую Кетрин. Блестящая как визаж, она носит шелковые платья и драгоценности, но тайна скрывает под своей поверхностью больше, чем кажется на первый взгляд....
Мне необходимо, чтобы ты защищал меня.
— Пожалуйста, Стефан.
Я знаю, Кэтрин! — воскликнул я наполовину в истерике.
— Но что, если слишком поздно?
— У них есть люди, у них есть подозрения, у них даже есть устройство, приспособленное находить вампиров.
""Что?"" Кэтрин попятилась.
""Изобретение? Ты не говорил мне об этом,"" сказала она, в ее голосе зазвучали нотки обвинения.
У меня в груди словно образовался комок, когда я объяснял про устройство Джонатана.
Как я мог не рассказать об этом Кэтрин? Она когда-нибудь сможет меня простить?
— Джонатан Гилберт, — лицо Кэтрин скривилось от презрения.
"""Так этот глупец считает, что может выследить нас?
— Как животных?
Я отшатнулся.
Я никогда не слышал, чтобы Кэтрин говорила таким грубым тоном.
""Прости,"" сказала Кэтрин более спокойным голосом, словно на мгновение почувствовала страх в моем сердце.
— Мне жаль.
Просто… ты представить себе не можешь, каково это, когда на тебя объявлена охота.
— Голоса, кажется, утихли.
Я выглянул из-за ставен.
Толпа действительно начала расходиться.
Кажется, опасность миновала.
По крайней мере пока.
На следующей неделе в их распоряжении будет изобретение Джона.
У них будет список вампиров.
И они найдут каждого из них.
""Слава Богу"". Кэтрин опустилась на кровать, бледная, как никогда.
Слеза упала из ее глаза и скатилась по алебастровой коже.
Я приблизился, чтобы стереть ее с помощью указательного пальца, затем осторожно коснулся своей кожи языком — отголосок того, что я сделал на Балу Основателей.
Ее слезы были солеными на вкус.
Как у человека.
Я прижал ее к себе, крепко сжимая в объятиях.
Не знаю, как долго мы сидели так, вместе.
Но как только слабый свет утра проник в окно, я поднялся.
— Я прекращу это, Кэтрин.
— Я буду защищать тебя до самой смерти.
— Клянусь
Глава 24
25 сентября 1864 года.Говорят, что любовь может преодолеть все.
Но может ли любовь преодолеть веру Отца в то, что Кэтрин и такие как она демоны — дьяволы?
Я не преувеличу, если скажу, что Кэтрин — ангел.
Она спасла мою жизнь — и жизнь Анны.
Отец должен узнать правду.
Когда он узнает, он не сможет отрицать доброту Кэтрин.
Это мой долг, как Сальватора оставаться верным своим убеждениям и той единственной, которую я люблю.
Настала пора действовать, а не сомневаться.
В моих венах течет уверенность.
Я заставлю отца понять правду — что все мы на одной стороне.
И с этой правдой придет любовь.
Отец прекратит осаду.
