Автор
Майкл Газзанига, один из основателей когнитивной нейронауки, рассказывает о своих революционных исследованиях полушарий мозга. Автор описывает, как открытия о расщепленном мозге изменили понимание человеческого сознания и мышления, раскрывая удивительные различия между правым и левым...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
Цветные светофильтры позволяли проецировать различные зрительные образы в разъединенные полушария. Мы хотели узнать, что случится с “режимом работы” одного полушария, если другому внезапно предъявить стимул, вызывающий сильные эмоции, например змею. Захватит ли власть взбудораженное полушарие, повлияет ли с помощью подкорковых путей на вторую половину мозга, выполняющую простое и не вызывающее эмоций задание на зрительное обучение?
Результаты экспериментов дали четкий ответ. Животные отпрыгивали. Полушарие, которое видело эмоциональный раздражитель (змею) и генерировало соответствующую эмоцию (страх), сигналило остальным частям тела животного: что-то не так! Получив такое неприятное и недвусмысленное сообщение, обезьяна приходила в волнение, прекращала работу над заданием на различение и больше к нему не возвращалась. Снова налицо было перекрестное подсказывание какого-то рода. В данном случае все выглядело так, будто одна отдельная и самостоятельная ментальная система может возбудиться и в этом своем возбуждении не дать другой ментальной системе функционировать в своем обычном режиме. В наши головы закралась мысль, что “разум” – это совокупность ментальных систем, а не просто одна такая система. Тогда эта идея была новой и важной. Она была абсолютно необходима для понимания того, почему обезьяны с расщепленным мозгом, равно как и люди-пациенты, ведут себя так, как они себя ведут.
Проверка различных теорий на животных и на людях продолжалась. В конце 1960-х, спустя годы после того, как мы оба покинули Калтех, мы со Стивом Хилльярдом стали совместно работать над одной задачей. Мы пытались выявить языковые способности третьего пациента из Калтеха, Л. Б., когда обнаружили еще один вариант перекрестного подсказывания. Мы разработали для пациента простой тест. Ему нужно было всего лишь назвать число (от одного до девяти), которое высвечивалось либо в левом, либо в правом поле зрения. Мы ожидали, что он быстро назовет стимул, промелькнувший в правом зрительном поле. Таким образом, если бы, например, единица, четверка и семерка высветились в произвольном порядке, левое, “говорящее” полушарие пациента ответило бы верно. Так и было. Испытуемый называл каждое число примерно с одинаковой скоростью.
А вот кое-что нас поначалу удивило: правое полушарие будто бы тоже называло все числа верно.
