И лишь один страх главенствовал в теле, заставляя задыхаться… Я помню, как больно, жутко и невыносимо в этом водовороте отчаяния.
— Хватит, — сжала я трясущуюся ладонь в своей руке, заставив ее посмотреть мне в лицо. — Все, успокойся. Я больше ни о чем не спрошу. Не бойся! — потребовала я, грубо тряхнув девчонку, которая вновь едва не скатилась в истерику. — Дыши и смотри на меня. Все хорошо. Он не узнает, успокойся… — заверяла я, смотря исключительно в ее глаза, понимая, что всего одно промедление, и она вновь разрыдается.
Спустя несколько секунд, Мила, выпустила дрожащий выдох, а после задышала, постепенно выравнивая дыхание.
— Сударыня… — неуверенно начала она, наконец, поняв, что сейчас произошло.
— Он не узнает, — повторила я. — Уходи. Дальше я справлюсь без тебя. На сегодня ты свободна.
— Но как же?.. — неуверенно посмотрела она на мои руки в бинтах.
— Я справлюсь, — строго оборвала я, посуровев, что заставило девушку выпрямиться по струнке. — Иди.
Девушка отрывисто кивнула, поднялась на ноги, сделала реверанс и торопливо затрусила в сторону выхода для прислуги, но уже у самой двери затормозила и обернулась.
— Благодарю, сударыня, — с искренним чувством, произнесла она, а после выскользнула за дверь, оставив меня в одиночестве со своими мыслями, которые судорожно разбегались, отказываясь складываться во что-то внятное.
Усилием заставила себя думать, строя предположения. И чем больше думала, тем более тошно чувствовала себя.
Зарывшись пальцами во влажные волосы, с силой сжала, надеясь, что боль прояснит мысли, но от складывающейся картинки кожа покрывалась мурашками, и я обреченно откинулась на теплый металл, устеленный мягкой тканью, посмотрев в потолок. На языке ощутила знакомую горечь, но заставила себя сглотнуть ее и упрямо поджать губы, запрещая себе даже намек на страх или испуг. Теперь — нет.
— С каких пор ты стала такой неуклюжей, что умудрилась поранить руки так сильно? — услышала я за своим плечом, но, против обыкновения не вздрогнула и испуганно не сжалась. Лишь усмехнулась подтверждению своих предположений. Глупо было рассчитывать, что Паук оставит меня без наблюдения. Даже несмотря на обещания.
— Пришел за моей головой? — насмешливо уточнила я, лениво выводя пальцем круги на водной глади и не заботясь о том, что сижу в воде лишь по грудь, которая показывалась над поверхностью. Благо, густая, длинная грива волос скрывала меня не хуже одежды. Во всяком случае, той, что мне готовили для соблазнения короля.