— Рассуждаешь красиво, но способов умереть есть превеликое множество. Те более, внезапное желание свести счеты с жизнью для такой, как Ванесса — будет вполне оправдано впечатлительностью и ревностью.
— Может быть, если вы желаете вызвать в Костасе комплекс вины за жизнь девушки. Он станет винить, и себя, и меня, окончательно закрывшись. И когда отойдет от впечатления — неизвестно. Хотите рисковать?
Я замолчала, боясь показать, как заинтересована в ответе. От нервного напряжения меня стало потряхивать, а губы пересохли, заставив облизнуться. Себастьян отвлекся на собственные мысли, размышляя над моими словами, а мое внимание привлекло движение сбоку. Нехотя посмотрела на Яна, наткнувшись на предостерегающий, прищуренный взгляд.
Это заставило опомниться, плечи слегка ссутулить, расслабиться и взгляд отвести в сторону, словно меня это и не касается вовсе.
— Что же… своя правда в этом есть. Это может отбросить нас назад, на что времени сейчас нет. Но проблему это не решает и от Ванессы нужно избавиться. В ближайшие дни.
— Я… Я думаю, что знаю, как можно устроить это максимально естественно. Но мне нужна помощь Демьяна, — сглотнув, нервно посмотрела я на мага, что вновь предпочитал рассматривать соседнюю стену.
— Интересно, — прищурился Себастьян. — И что же это за план такой?
— Тот, который поможет разом разобраться и с проблемой моей девственности, и с графиней.
— Лучше бы так и было, — посоветовал мне Себастьян, а после тяжело поднялся с места, даже не желая слушать о моей идее. — Демьян поможет, но, если ничего не получится, учти, что вместе с графиней я устраню и тебя, — указав на меня пальцем и предупредив на дорожку, заявил Себастьян, а затем, не прощаясь, покинул комнату, оставив меня наедине с Демьяном.
Мы молчали, а я зябко ежилась, все еще переживая нервную дрожь. Напряжение росло и, казалось, могло быть осязаемым. Потому невольно дернулась, когда маг пошевелился, направляясь в мою сторону.
— Я осмотрю лицо, — произнес он спокойно, как и прежде. Но раньше, после предупреждения, он просто делал то, что считал нужным. Сейчас же замер, как только я покачала головой.
— Не нужно. Рана уже не кровоточит, — отозвалась я глухо, предпочитая рассматривать складки на покрывале, чем мага, чьи руки, как я уже знала, могут быть так жестоки и невыносимо нежны. Этот контраст сильно нервировал и сбивал с толку.
— Мне жаль, — произнес он спустя какое-то время молчания.
— Я знаю, — отозвалась я, но головы не повернула.
— Я предупреждал, Тори.