В книге "История Джона" женщины не имеют прямого влияния на воспитание и upbringing детей, в то время как омеги недавно получили все права, но до сих пор борются за свои权益。故事围绕着一位名叫约翰的特殊个体展开，他是一位拥有独特能力的男性，而这种能力让他的生活和周围的世界产生了戏剧性的转变。在充满偏见的社会背景下，约翰的爱情之路充满了曲折与挑战，揭示了一个关于身份、权利斗争以及真爱最终如何找到正确归宿的故事。
— На живот, — согласился парень и улегся, подтянув подушку под себя.
Джон залюбовался его задницей. Красивая, подтянутая, в меру округлая, в меру мускулистая. Идеальная задница идеального альфы.
— Ну что же ты? — обиженно выстонал Анхель прогибаясь, — давай, сделай это. Трахни меня! Иначе я за себя не отвечаю. Ты пахнешь просто одуряюще. Я с ума схожу!
Джон выдавил еще немного смазки и принялся растягивать Анхеля, проникая подрагивающими пальцами в поджимающееся отверстие.
— Впусти, — уговаривал его Джон. — Расслабься. Дай мне. Дай!
— Угу, — Анхель терзал уголок одеяла зубами, и всё же до конца расслабиться не мог.
Но Джон не собирался отступать. Он с силой ввинтил в анус Анхеля два пальца, и тот обиженно всхлипнул, но сдался. Теперь дело пошло значительно легче, правда, смазки на него было изведено немного больше, чем требовалось. Точнее, намного больше. Смазка совсем не эстетично чавкала на ладонях у Джона, тонким слоем покрывала ягодицы и бёдра Анхеля, понемножку стекая на подушку и простыню, но, кажется, никто не возражал. Джон сосредоточенно пытался нащупать простату, но видимо сказывалось отсутствие опыта. Как он ни старался, ничего не получалось. Вся надежда была на то, что Анхель и без этого сможет получить удовольствие. Тем более, что альфа уже просунул руку под живот и ласкал свой член.
Трезво оценив свои размеры, Джон решил, что совершенно необязательно растягивать партнёра тремя пальцами. Должно было хватить и двух. Он придержал Анхеля за бедра и начал входить.
Именно этот момент выбрала подлая течка, чтобы проявить свою сущность, поясницу прострелило болью, Джон застонал. Он замер на несколько секунд, пережидая неприятный спазм, тянущая боль от которого медленно сходила на нет. Но Анхель не был готов ждать так долго, он дернулся и попытался насадиться сам.
— Тише, — взмолился Джон, — сейчас, секунду…
Он балансировал на грани удовольствия и боли. Боли, с которой было трудно бороться. Но он так хотел Анхеля. Это убивало его!
Джон принялся двигаться, пока ещё не понимая, какой ритм держать. Не понимая, делает ли он своему альфе хорошо. Не понимая даже, делает ли он хорошо себе.
Было обидно, он так долго думал об этом и вот получил, а эта течка все портит."
"Анхель двигал бедрами в такт с Джоном, пытаясь подстроиться под его ритм, и одной рукой ласкал себя. Джон уже был готов бросить эту затею, когда парень внезапно сжал внутренние мышцы, и Джон вскрикнул от удовольствия.
