Автор
Утро ясное, солнце раскрывает свой золотистый купольный шар в окне. Ирэн потянулась, помня приглашение императора — там было упоминание о великолепной мануфактурной выставке, где выбирают работы для всемирного события в Бротте. Свежий письменный звоночек от князя Тенишева В. Н., известного за торговую династию, придавал атмосферу напряженности и ожидания в ее сердце....
Глава 12
Путеев приехал в поместье помещика Картузова, когда господа Виленский и Забела уже успели отобедать. Сперва Иван Иванович удивился, что Путеев сам приехал, вроде не вызывали, но узнав, что тот хочет встретиться с бароном, подумал, что вопрос касается Ирэн.
Помещик Картузов искренне переживал за Ирэн, для него она была как дочка, а теперь ещё и «посланная богом», та, которая помогла воплотить его мечту в жизнь, поэтому Иван Иванович желал Ирэн только счастья и готов был разобраться с любым, кто бы посмел её обидеть.
Поэтому он спросил Путеева, уж не собирается ли тот обсуждать Ирэн Леонидовну с её супругом, и был готов выпроводить доктора, если тот что-то себе вообразил. Картузов был так настойчив, что пришлось Путееву рассказать ему свою историю.
Иван Иванович выслушал, покачал головой и задумчиво сказал:
— Сложная у вас ситуация Николай Ворсович, но барон Виллье прав, ваши с Ирэн изобретения возвысят вас. Наш император не скупится ни на титулы, ни на награды, если вы на благо страны что-то сделаете.
С этими словами Картузов оставил Путеева одного и пошёл звать барона Виленского, который был где-то на территории литейки вместе с графом Забела и Прошей.
Сергей Михайлович Путеева знал, встречались несколько раз, когда они с Ирэн только поженились, да ещё и в последний свой визит в уездный город. Виллье и император хорошо отзывались о нём и о больнице, которой Путеев руководил.
Но барон даже и предположить не мог, что речь пойдёт о его… невесте.
Доктор Путеев, прислушавшись к совету Картузова, не стал скрывать ничего или кривить душой. Он рассказал, что влюбился в Анну Александровну Строганову, пока лечил её, когда она проживала у Лопатиных, поспешил со сватовством, не зная, что девица просватана. И теперь желает узнать у Виленского насколько серьёзны его намерения.
Виленский смотрел на Путеева и за его спиной ему виделась тень Ирэн, но не той, которую он знал, а этой новой Ирэн, рядом с которой становились возможны самые невероятные вещи.
Барон вспомнил письмо от Анны Александровны, в котором она просила его отказаться от их помолвки. И теперь он понимал почему.
