Несмотря на богатство и статус своего поместья, молодой графине История «не»мощной графини становится все труднее выжить в мире жестоких игр зависти и обиды. Ее тетка поселилась у нее после смерти отца, стремясь наладить контроль над всеми ее имуществами и доходами.
«Ублюдок! Тебя поймают и вздернут на центральной площади!»
Я был чертовски зол, а уж когда послышались чьи-то голоса, требующие дать ответ, что происходит, ведь мы создали немало шума своими действиями, то стремительно поспешил к Ролане и Дорану.
Городская стража появилась очень даже вовремя. Они помогли спеленать подвывающего кучера и его кудахтающего хозяина, который драл глотку, пытаясь доказать, что не знал о детях в плане похищения. Его, конечно же, никто слушать и уж тем более отпускать не собирался.
Воспользовавшись городской каретой, которую мы остановили, Доран и я осторожно разместили в ней детей. В самое ближайшее время их требовалось показать лекарю.
Мой страж отправился к поместью Льюреса, по которому виселица плакала, а мы все поспешили ко мне домой, ведь детям требовался осмотр и причем как можно скорее.
Ролана следила за состоянием Льюиса и Анетты, сидя вместе с ними и Тором в кабинке экипажа, а я гнал коней.
– Лимар? – удивленно выпучила глаза бабуля, увидев меня на месте кучера.
– Позови лекаря, – крикнул я, устремляясь к двери экипажа.
– Боги! – моя старушка побелела лицом, когда я взял на руки Анетту.
По ней было видно, что ее охватывает паника.
– Что с детьми и почему вы на чужом экипаже? И Торос весь в крови… – бабуля часто задышала, а потом резко обернулась: – Что встали?! – рыкнула она на служанок, мгновенно беря себя в руки. – Я сказала позвать лекаря!
Девушки в форменной одежде суетливо разбежались по сторонам.
– Анетту и Льюиса похитили сегодня! – выдохнул я, чуть ли не бегом занося девочку в гостиную и тут же устремляясь за Льюисом, которого Ролана несла следом.
Забрав мальчонку, я осторожно опустил его на второй диван.
– Похитили? Кто?! – часто дышала моя старушка, бросая беглый взгляд на Тора, севшего рядом с Анеттой.
– Лекарь, – голос Роланы был сильно встревоженным, – который был вхож в мое поместье.
– Что?! – ахнула бабуля.
