Несмотря на богатство и статус своего поместья, молодой графине История «не»мощной графини становится все труднее выжить в мире жестоких игр зависти и обиды. Ее тетка поселилась у нее после смерти отца, стремясь наладить контроль над всеми ее имуществами и доходами.
– Тем более, что деньги его! Я лично дала их ему! – меня разрывала ярость, я не понимала, как можно было ради нескольких золотых обречь маленького мальчонку на лишение конечности?! Неужели этого алчного старика вообще совесть не мучает?!
– Куда увезли его, ты знаешь? – спросила я дрогнувшим голосом, а на глазах навернулись слезы.
Я не представляла, что сейчас испытывает Льюис, который так доверчиво держался за мою ладонь, когда мы вместе шли с ним по рынку.
«Не допущу, чтобы они сделали это с тобой! Верь мне, малыш!»
– Не знаю, – вновь зашмыгал носом ребенок, смотря так жалобно, умоляя о помощи.
– Я примерно догадываюсь, где он сейчас находится, – коснулся слуха голос сына герцога, не вызвавший у меня щенячьего восторга, как у Инессы.
На мой взгляд этот молодой мужчина обычный пижон, привыкший к постоянному вниманию со стороны девушек. Ну да ладно, не до него сейчас!
– Скорее всего, – продолжил Лимар, – он во временном распределительном центре задержания, что рядом с рынком.
– Мне нужно туда! – мои мысли хаотично носились в голове. Я понимала, что каждая секунда на вес золота, а экипаж отсутствует, как и лошади… Но они были у сына герцога. – Отвезите меня! – поспешно выпалила я, поджимая губы. – Пожалуйста, – добавила следом, так как брови молодого мужчины удивленно взметнулись вверх.
Сейчас я была не Роланой, а Александрой. Девушкой, от которой отказались родители! Которой никто не помог, бросая на произвол судьбы!
«Нет! Я не брошу Льюиса! Не брошу!»
– Вы сядете на коня вместе со мной? Вас не смущает, что скажут люди? – спросил Лимар, ожидая ответа.
– Плевать я на них хотела! – из моего горла вырвалось обреченное рычание.
– Желание дамы для меня закон, – спокойно кивнул мужчина, подав знак своим стражам.
Они все поняли, за считанные секунды подводя к нам мощного черного, словно смоль, жеребца, по телу которого заметно бугрились мышцы.
– На самом деле, – хмыкнул сын герцога, грациозно взлетая в седло, – мне тоже плевать, что подумают люди. Прошу, – он протянул руку, неотрывно смотря в мои глаза.
– Иди к дому, – обратилась я к ребенку, пол которого из-за спутанных грязных волос и испачканного лица определить не удалось. – Тебя там накормят. Не волнуйся, все будет хорошо.
Юный вторженец, шмыгнув носом, кивнул и, прижав руки к груди, неспешно направился в сторону поместья.
