Автор
Встреча двух людей на грани нежности и страсти в "Истории одной ненависти". Мэтт предлагает богатые условия, но его предложения скрываются под маской лжи. Описанный роман тонко раскрывает дьявольскую атмосферу унизительных обещаний и невесомых пределов любви.
Надо будет устроиться на работу, попытаться наладить жизнь, а беременность сейчас…она просто перечеркнет всё.
А если Давыдов узнает, что я жду от него ребенка, он снова начнет преследовать и…
Прикрыла глаза, пытаясь не паниковать и взять себя в руки.
Открыла. Взгляд замер на телефонном номере на экране. Все решается простой процедурой. Надо просто набраться храбрости и не думать об этом… семени, как о живой душе. Это просто…
Нет это чертовски не просто.
Но палец все равно ткнул на номер, и я услышала длинные гудки.
Девушка на том конце провода подтвердила запись на сегодня на половину четвертого вечера. Довольно быстро и даже страшно, что все так. Но может, это правильнее? Сделать все быстро и забыть, как страшный сон.
Посмотрела на часы в левом углу экрана и цифры начали расплываться. Десять утра, и через несколько часов проблема будет решена, вот только облегчения я не ощущаю. Напротив, неподъемный груз вины и неправильности сделанного выбора.
Но я в который раз затыкаю внутренний голос и встаю с края ванной.
Делаю пару шагов, голова кружится, я упираюсь ладошкой в стену и съезжаю по ней на пол, глотая подступившие к горлу слезы.
Так будет правильней, Саша.
Яр же сказал, что ты ему не нужна.
Живи теперь с этим.
К тому времени, когда мне пора было выходить из дома, истерика все никак не прекращалась. Мне кажется, я выплакала все глаза, но слезы никак не хотели прекращаться, просто текли по щекам, и я безвольно вытирала их краем простыни и продолжала сжиматься в клубок на широкой постели.
Она такая огромная, что я кажусь себе еще меньше и никчемнее. Маленькой глупой дурой, которая собирается уничтожить единственное святое, что в ней осталось.
Ребенок ведь ни в чем не виноват! Крошка никого не обижала в этой жизни, она не может отвечать за ошибки матери и его отца. Я не могу принять такое решение! Не могу!
Но я уже его приняла. Через час в клинике этот вопрос решат, но…
Вот об это «но» разбивались все здравые аргументы. Все.
Села, стирая слезы с опухшего лица и заставив себя подняться с постели шагнула к шкафу.
Одевалась на автомате, сунула в сумку мобильник, деньги и ключи от номера и вошла в лифт с одной единственной мыслью в голове: если не сделаю это сейчас, уже никогда не смогу.
Такси ловить не стала, решила прогуляться, пара кварталов – плевое расстояние до клиники, да и день погожий, будто в насмешку над ситуацией и моей жизнью. На душе кошки скребут, а солнышко греет, будто бы ничего дурного не происходит.
