Автор
Встреча двух людей на грани нежности и страсти в "Истории одной ненависти". Мэтт предлагает богатые условия, но его предложения скрываются под маской лжи. Описанный роман тонко раскрывает дьявольскую атмосферу унизительных обещаний и невесомых пределов любви.
– Папа автомеханик, а мама фармацевт. Она хотела стать педиатром, но возможности доучиться не было и… – пожала плечами, пресекая дальнейшие объяснения.
– И ты решила, что стать педиатром – твой долг.
– Что-то вроде того. Можно вопрос? – спросила внезапно, и я кивнул даже не задумываясь.
– Ты же уже понял, что со мной тебе ничего не светит, почему не сливаешься?
Её прямота вызывала невольное восхищение и симпатию, и я поднял голову и дыхание перехватило.
– Вау…
Она проследила за направлением моего взгляда и улыбнулась.
– В парке ночью небо как на ладони. Когда родители отпускают нас с сестрой потусоваться, она идет в клуб, а я сижу на лавочке в парке и считаю упавшие звезды.
– Ты слишком красива, чтобы быть фриком, – произнес на автомате и тут же заткнулся, осознав, что возможно она расценит это за оскорбление. Но она рассмеялась.
– А ты слишком красив, чтобы проводить время с такой как я в парке в пятничный вечер. Иди в клуб!
– Выгоняешь? – повернулся к ней все еще откинутый на спинку лавочки и наши лица оказались в опасной близости.
И не дав ей сообразить хоть какой-нибудь ответ подался вперед и украл короткий поцелуй.
Так я уже давно не целовался. Без языка, только одними губами будто легким столкновением, которое тут же повлекло за собой обратный эффект, и расстояние между нами снова увеличилось.
Она молчала, а я понял, что кислорода не хватает. Хочется снова коснуться ее губ и сделать вдох, который наполнит каждую клеточку тела. Наполнит ей.
Подался снова, и она не возражала. Не отстранялась, не пыталась упереться рукой мне в грудь, чтобы вернуть на землю с небес. Напротив.
Разомкнула мягкие губы, позволяя перевести поцелуй в новую плоскость. Углубить его, распробовать наконец его на вкус.
Она напоминала глоток свежего воздуха весной, легкий бриз, навевающий ароматы сладости в предвкушении теплого лета.
Свобода, вот какой вкус имели ее губы. Этот поцелуй сделал что-то невообразимое с моими нервами, они натянулись в струну, а потом за секунду их взорвало тайфуном, и мозг отключился.
