Автор
Встреча двух людей на грани нежности и страсти в "Истории одной ненависти". Мэтт предлагает богатые условия, но его предложения скрываются под маской лжи. Описанный роман тонко раскрывает дьявольскую атмосферу унизительных обещаний и невесомых пределов любви.
Одна моя рука заскользила выше к ее упругим сиськам, вторая плотнее сжала талию, заставляя незнакомку прижаться ко мне вплотную. Её задница касалась моего паха, и я ощущал что-то сродни разрядам тока, расходящимся от члена по всему телу.
Девушка шумно выдохнула, когда я накрыл её грудь ладонью, и смял, чувствуя, как острый сосок царапает руку. Да, на ощупь они такие же, как и представлял. Мягкие и упругие, хочется смять обе. И вторая моя рука оставила в покое тонкую талию и переместилась выше. Я накрыл вторую грудь девушки, и та выгнулась, откидывая голову на мое плечо.
"Она не стремилась рисоваться и играть, она отдавалась. И это пьянило сильнее любого бухла.
– Можно поцеловать тебя? – спросил, сминая сиськи, которые горели, настолько горячими были сквозь тонкое платье. Девочка кивнула, а я улыбнулся ей в шею, слегка прикусывая кожу. – Но я хочу поцеловать тебя не сюда…
Когда она повернулась я коснулся уголка ее губ своими и сглотнул.
– А сюда…
Незнакомка дернулась будто ее ударило током, и окаменела, безотчетно сжимая колени, и отводя бедра, не давая мне доступа к самому главному.
– Пожалуйста перестань! – она возмущенно прошипела, подтверждая мои догадки. Девственница, и не просто номинально, а на самом деле. Я готов был поклясться никто не касался ее там, судя по тому, как она отреагировала на мою ласку. И то, что ее грудь так чувствительна, говорило само за себя. Интересно, она сможет кончить, если я буду касаться только ее сисек? – Хватит!
– Тогда всади обойму в цель. И если ты выбьешь не ниже восьмерок я прекращу.
Она кивнула и сосредоточенно выстрелила.
– Я думаю, тебе не стоит сердить свою девушку. Стреляет она прекрасно, – инструктор прокомментировал умения малышки, а я с легкой досадой отметил, что она ни разу не промахнулась, и на табло были одни девятки.
Когда обойма была отстреляна, малышка опустила ствол на стол и повернувшись ко мне просияла.
