Автор
Встреча двух людей на грани нежности и страсти в "Истории одной ненависти". Мэтт предлагает богатые условия, но его предложения скрываются под маской лжи. Описанный роман тонко раскрывает дьявольскую атмосферу унизительных обещаний и невесомых пределов любви.
– Тут очень пологий берег, – она сошла с покрывала и встала рядом со мной в своей непорочной наготе. – Кто первый до воды?
И не дав мне опомниться, рванула к кромке прибоя, и я инстинктивно дернулся за ней, не веря, что она сможет пойти на такое безрассудство и нырнуть прямо в темную гладь. Но она снова меня удивила.
Не оборачиваясь, прыгнула в воду, брызги как серебряный дождь рассыпались по глади, и буквально через пару шагов, хрупкая фигура как русалка исчезла из виду, оставляя после себя лишь круги на воде.
Нырнул следом, тело сковало льдом. Дыхание перехватило, и я ощутил под собой дно, я буквально скреб по нему. Тут и правда очень мелко.
Попытался проследить за траекторией, куда плыла девушка, и придерживался того же направления, но понял, что никак не догоню ее. Она либо сменила курс, либо уплыла еще дальше. Мои легкие начало колоть от нехватки кислорода, и я вынырнул, отплевывая воду, и в метре от меня заметил темноволосую голову.
– А я уже начала волноваться, – она рассмеялась, глядя на растерянного меня.
– Волноваться? – стряхнул воду со своего лица рукой и прикинул, как лучше до нее добраться. – За меня?
Она кивнула, и в этот момент я ушел под воду, и с точностью поднырнул под нее, хватая за лодыжки. Она взвизгнула, но вместо того, чтобы тянуть ее вниз, я поднял ее на руки и твердо встав на дно вынырнул, держа добычу в руках.
– Твоя забота так трогательна.
Она откинула голову назад и рассмеялась, держась обеими руками за мою шею.
– Вода как лёд.
– Это из-за подводных течений, – она произнесла, и я заметил, что её зубы стучат.
– Тогда может вернемся на берег?
Она порывисто кивнула, и я поставил ее на дно, но выпускать из своих объятий не спешил. Знал, что сейчас ничего между нами не произошло бы.
Этот миг, когда в водной глади отражаются звезды, и вокруг ни души, и лишь легкие всплески волн нарушают и тишину вокруг, казался каким-то нереальным, сказочным.
По коже рассыпались мурашки.
– Ты дрожишь, – произнес тихо и попытался согреть ее губы своими.
Изнутри медленно будто из тлеющих углей начал разрастаться пожар, который невозможно было утолить простыми поцелуями, но вместо того, чтобы гасить его, я теснее сжал тонкую талию и заставил малышку обхватить себя руками и ногами. Мои кисти сами собой опустились на ее задницу и смяли.
