В глубокой тьме ночи, где каждая капля дождя напоминает о жизни и смерти, Демия стучала в последний раз в затертую до блеска дверь. Голос ее хриплый от слез, мольбы умирающей девушки звучали будто издалека. За этой простой стенкой жила женщина, чьи глаза теперь лишь коснулась смерть....
– Ты что творишь, идиотка?!
Было видно, что кудрявая вот-вот выйдет из себя.
– Ори громче, – пренебрежительно фыркнула я. – Пусть все твои гости услышат.
– Ты… – лицо девицы побагровело. – Хочешь, чтобы тебя забили розгами до смерти?! – она часто дышала, сжимая пальцы в кулаки.
Девицы, что стояли рядом, притихли, словно пустоголовые, часто хлопая своими ресницами.
– Розгами? – хохотнула я. – Это какой век вообще?
Затянувшийся ступор собравшихся длился несколько секунд.
– У тебя память отшибло?! Идиотки кусок! – злобно выплюнула кудрявая.
– Так это же прекрасно, – широко улыбалась я.
Девица окинула меня разъярённым взглядом. Её начинало трясти.
– Только посмей показаться гостям на глаза! – скривилась она. – Даю слово, потом костей не соберёшь!
Высокомерно фыркнув, она приподняла свою пышную юбку и развернулась, делая первый шаг.
– Старшая госпожа… – засеменили за ней тётки.
– Я бы назвала её страшной госпожой, – буркнула себе под нос.
– Куда её… – не слыша моих слов, продолжила служка.
– Никуда! Пусть остаётся здесь!
– Но её поведение…
– Ты спорить со мной вздумала?!
– Нет, старшая госпожа! Я не посмею!
– Накажите стражникам следить за этой идиоткой! Быстрее!
Нелепо раскланявшись, тётки разбежались в разные стороны, оставляя меня одну.
С их уходом дышать стало легче, вот только чувствовала, что это начало очень сложного, длинного и полного опасностей пути.
– Эх, – я прикрыла глаза, делая глубокий вдох, – кто-нибудь, дайте мне ответ.
Внезапно навалилась такая усталость, будто я больше суток была на ногах, не сомкнув при этом глаз. Хотя, очнувшись, я была примерно в таком же состоянии. Ярость от ударов и обидных слов придала мне сил. Сейчас источники моего раздражения ушли, и тело вновь начало просить отдыха.
Мокрая одежда неприятно липла к коже. Было немного холодно.
Естественно я не собиралась идти на этот чёртов праздник. Даже в этом, непонятном моём состоянии, я всё же мыслила рационально, пусть эмоции и подталкивали к безрассудству.
Развернувшись, неспешно побрела от озера в противоположном направлении.
Сама не знала, куда иду.
Пять минут…
Десять…
Я просто шла и шла, не встретив ни души.
Передо мной предстало небольшое дерево, вокруг которого росли аккуратно стриженные высокие кустарники.
Трава казалась такой пушистой и мягкой, а ноги ныли просто безбожно, и я решила присесть немного, тем более, что растения прятали меня от посторонних глаз.
