В глубокой тьме ночи, где каждая капля дождя напоминает о жизни и смерти, Демия стучала в последний раз в затертую до блеска дверь. Голос ее хриплый от слез, мольбы умирающей девушки звучали будто издалека. За этой простой стенкой жила женщина, чьи глаза теперь лишь коснулась смерть....
Вещей очень мало, посуда металлическая, местами мятая, но мне повезло, удалось отыскать подобие небольшой вазочки, длинной и узкой, которую очень удобно будет закрепить за поясом. Сок борщевика не прольется, когда я буду лезть по водосточной трубе.
Кстати о борщевике…
Осторожно вышла на крыльцо, незаметно исследуя округу на предмет слежки.
Вроде никого.
Мне нужно было отыскать ядовитый сок, чтобы быть готовой к своей злобной миссии.
Зашла за дом, и, как говорила Дэмия, увидела хлипенький сарайчик.
Стоило войти в него, как в нос тут же ударил запах трав, что, высушиваясь, пучками свисали с потолка.
Я быстро отыскала ту самую миску, накрытую дощечкой.
Подняв её, кровожадно улыбнулась, наблюдая немного сока, который станет моим помощником."
"Не трогая более ничего, я покинула сарай, усаживаясь на крыльцо.
Время шло, у пруда прогуливалась стража, бросая на меня косые взгляды.
Солнце начало клониться к горизонту. Есть хотелось неимоверно.
Даже не надеялась, что мне принесут еду.
Из-за кустов вышла молоденькая служанка, при виде меня важно задравшая нос.
Я не спешила ей что-то говорить или как-то на неё реагировать. Тихо смотрела, наблюдая в её руках подобие бидона.
– Вот! – не поздоровавшись, что вполне ожидаемо, она поставила у крыльца этот самый бидон. – Твой ужин.
– Что в нём? – спросила я.
– Объедки с праздника, – фыркнула девушка после секунды тишины. – Старшая госпожа приказала накормить всех псин!
Окинув меня высокомерным взглядом, она развернулась, вот только успела сделать всего пару шагов, прежде чем я сбежала за ней по ступеням.
Подставив ей подножку, без зазрения совести пихнула девицу в спину, отчего она, охнув, полетела на траву.
Подхватив бидон, я занесла его над прохлаждающейся на траве служкой и, перевернув, вывалила на неё содержимое.
– Ты… что делаешь? – заохала она, судорожно дыша.
По её платью растекалась какая-то непонятная жижа, среди которой виднелись куски хлеба и красной рыбы.
– Кормлю псину! – рыкнула ей в ответ, злобно сощурившись.
Усмехнувшись, я развернулась и, как ни в чём не бывало, вновь уселась на крыльцо.
Служка настолько растерялась от моего поведения, что проглотила язык, трясущимися руками пытаясь скинуть с себя куски объедков. А потом, не выдерживая моего пристального взгляда, вскочила на ноги и убежала, трусливо нырнув в кусты.
– Крысятник, а не дом! – я вскинула взгляд на закатное небо, делая глубокий вдох.
