Нил Гейман превратил рассказ о кладбище в культовую серию книг, ставшие бестселлерами по всему миру. Очередная история из серии удостоена почетной премии Джона Ньюбери за лучшую детскую книгу. Посетите сайт Геймана для детей www.mousecircus.com, где вы найдете еще больше произведений с таким же невероятным потенциалом и глубиной смыслов....
Под небом цвета дурной крови упыри сошли с каменистого склона на дорогу и направились в Гульгейм. Сегодня утром они вели себя куда тише. Как будто — во всяком случае, так показалось Никту — за ними кто-то гнался.
Около полудня, когда мертвоглазое солнце зависло над головами, упыри остановились и сбились в кучу. Высоко в небе в потоках воздуха парили ночные мверзи — целые дюжины.
Мнения упырей разделились: одни считали, что ночная пропажа случайна, другие были уверены, что кто-то — возможно, мверзи, — на них охотится.
Слева раздался вой, и упыри переглянулись. Он был громче, чем прошлой ночью, и ближе — низкий, похожий на волчий.
— Слышали? — спросил лорд-мэр Лондона.
— Не-а, — сказал тридцать третий президент США.
— Я тоже не слышал, — сказал достопочтенный Арчибальд Фицхью.
Вой прозвучал снова.
— Надо прорываться домой, — сказал герцог Вестминстерский, поднимая большой булыжник.
Перед ними на скалистом отроге высился город-кошмар, Гульгейм. Упыри бросились в ту сторону.
— Мверзи спускаются! — прокричал епископ Бата и Уэллса. — Бей воров камнями!
Никт наблюдал за происходящим снизу вверх, подпрыгивая на спине тридцать третьего президента США. Колючим песком с дороги ему сыпало в лицо, но он услышал крики, похожие на орлиные, и опять попросил помощи на языке ночных мверзей. На сей раз ему не помешали, хоть Никт и сомневался, что кто-то услышит его среди криков мверзей и ругательств упырей, которые яростно швырялись камнями.
Никт снова услышал вой — теперь справа.
— Там дюжины этих паскудных тварей, — мрачно сказал герцог Вестминстерский.
Тридцать третий президент США передал Никта знаменитому писателю Виктору Гюго. Тот сунул мальчика в мешок и закинул на плечо. Никту оставалось радоваться, что мешок пахнет лишь опилками.
— Отступают! — закричал какой-то упырь. — Смотрите, улетают!
— А ты, отрок, не тревожься, — прозвучал за мешковиной голос, кажется, епископа Бата и Уэллса.
Никт не знал, нанесли ли ночные мверзи хоть какой-то урон упырям. Судя по проклятиям епископа Бата и Уэллса, нескольких упырей вроде бы недосчитались.
— Быстро! — закричал кто-то, кажется, герцог Вестминстерский, и упыри рванули вперед.
Никту в мешке было неудобно: он все время больно стукался о спину знаменитого писателя.
