Желанный корабль "Солнечного Ветра" медленно приближался к Старой Земле, вызывая лишь недоумение у пирата Виталия Битикления. Однако вначале все казалось благоприятным — леди Удача широко улыбалась имперскому корвету, застигнутому на пиратской добыче.
Такого не может быть, потому что не может быть никогда! Следом за Леонидом Ильичом вышел я, и за мной — четыре штурмпехотинки нашего эскорта в легкой полевой экипировке, остроухие, длинноногие, скуластые, грудастые и вооруженные до зубов, что вызвало у бабушек ещё одно ощущение шока, третье подряд. Впрочем, закончив выгрузку пассажиров, «Шершень» подпрыгнул на высоту второго-третьего этажа (чтобы не мешать проезду машин), включил маскировочное поле и притворился ветошью в ветвях деревьев. Нету тут таких, и точка.
Как и предсказывала энергооболочка, Симонов и его последня супруга Лариса, урожденная Жадова (Жидова), были одни. Явление на пороге «дорогого Леонида Ильича» привело этих достойных людей в такой же ступор, что и старушек у подъезда.
— Вот, Константин Михайлович и Лариса Алексеевна, знакомьтесь: Верховный Главнокомандующий, сиречь император, Четвертого Галактического Союза Серегин Сергей Сергеевич, решил посетить вашу скромную обитель, — отрекомендовал меня хозяевам советский генсек.
— Я видел сюжет о посадке в программе «Время», — Симонов, слегка улыбнувшись, кивнул в сторону выключенного сейчас телевизора, — но так и не понял, это морской линкор или космический?
Пришлось пояснять:
— Чтобы посадить на поверхность планеты корабль массой в три с половиной миллиона тонн и не повредить его корпус, необходим специальный посадочный ложемент, по сравнению с которым Байконур по сложности будет выглядеть как детская песочница рядом со стадионом.
— Сейчас этот галактический линкор включен в оборонительный контур стран Варшавского договора, — сказал Брежнев, — и если, пока он здесь, натовцы попробуют предпринять агрессию, им точно не поздоровится.
— А что будет, когда этот линкор улетит? — с серьёзным видом спросил Симонов.
