Женщина, потерявшая всё, становится объектом вожделения и охоты. Её прошлое связано с могущественным Лукой Гросом, и теперь каждый, кто имеет власть, видит в ней желанный трофей. Среди опасности и унижения ей предстоит найти силу, чтобы выжить и вернуть себе свободу.
Раздел Chitat.online для книги «История жены Дьявола» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Женщина, потерявшая всё, становится объектом вожделения и охоты. Её прошлое связано с могущественным Лукой Гросом, и теперь каждый, кто имеет власть, видит в ней желанный трофей. Среди опасности и унижения ей предстоит найти силу, чтобы выжить и вернуть себе свободу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Женщина, потерявшая всё, становится объектом вожделения и охоты. Её прошлое связано с могущественным Лукой Гросом, и теперь каждый, кто имеет власть, видит в ней желанный трофей. Среди опасности и унижения ей предстоит найти силу, чтобы выжить и вернуть себе свободу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «История жены Дьявола» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Забиралась к нему на руки и сидела часами, рассказывая обо всем, терлась щекой о его только сформировавшуюся, первую щетину. С пяти лет мечтала о нем. Думала, вырасту — стану его женой. Он мне снился всю мою жизнь, почти каждый день. А при встрече даже не узнала… — ощущаю себя предательницей. Жизнь подарила мне шанс воплотить мечту в реальность, а я не смогла справиться с элементарной задачей. Профукала все."
"— Вот почему Мониша. — хрипло говорит Майлз, усмехаясь. — Ханзи всегда называл так мать Луки.
Глава 2
Пряный запах мускуса и корицы приятно окутал меня. Так сладко. Знакомо. А еще этот запах сигарет.
Я медленно открываю глаза, боюсь спугнуть видение. На крою моей кровати, на белоснежных простынях сидит чёрная фигура. Трудно разглядеть в темноте его лицо, только глаза блестят безумием в свете Луны. Я знаю эти глаза, из тысячи узнаю.
— Лука. — говорю резко севшим голосом, кутаясь в одеяло.
— Мониша. — его родной голос щекочет мои нервы. Я таю от каждого звука.
— Где ты был?
— Главное где я сейчас.
Мне кажется он улыбается. Я тяну руки к его, чтобы почувствовать этот жар. Мне так не хватало его, не верю своим глазам. Я тянусь, но из-за тяжелого одеяла спросонья никак не получается.
Лука встаёт с кровати, еле ощутимо касается губами моего виска и направляется прочь из комнаты. Я вскакиваю и несусь за ним, не хочу снова потерять его из виду. Его широкий один шаг приравнивается трём моим, поэтому я бегу.
Он останавливается по центру, оборачиваясь ко мне. Его лицо в крови, губы синие и опухшие, глаз заплыл. Я зажимаю рукой рот, чтобы не закричать от ужаса. Сердце разрывается, хочется покрыть поцелуями все его лицо.
— Мониша, я постоянно думаю о тебе. Только это даёт мне силы жить дальше.
— Лука! Лууукааааа!!!
Он как будто растворяется, становится более бледным, прозрачным. Хочется ухватить его. — Где ты? Скажи мне, где ты!!!!
Голос срывается, невидимая сила тащит меня назад, скручивает руки. Но я не сдамся…
— Алиисаааа. Алиииисааааа!!!! — испуганный голос зовёт меня, трясёт. Нечто мокрое льётся по моему лицу. Это вода или слезы? — Да блядь…
Темнота сменяется желтым, неярким светом. Надо мной возвышается два озабоченных лица: бледная Илух и потерянный Захар.
Илух в ночнушке и с кувшином воды хлопает глазами, боится двинуться. Захар выглядит более комично, из одежды на нем только белые трусы, которые подчеркивают его мускулистое тело. Он держит меня, чтобы я не упала, не осела на пол. Мы в зале.
Я не понимающе верчу отяжелевшей головой, чтобы понять, что происходит.
— Опять?
— Да. — отвечаю я, понимая, что помимо вылитой на меня воды, по лицу текут слезы. — Я снова видела его. Он жив.
Они смотрят на меня как на сумасшедшую, но они не понимают — я его чувствую.
