Возвращение Тихона в эпоху Великой Отечественной войны и его приключения в небе создают напряженную историю. Он сталкивается с реалиями войны и неожиданными событиями, которые меняют его жизнь. Перед ним открываются новые вызовы и интриги в мире авиации и военных действий.
Раздел Chitat.online для книги «Истребитель. Ас из будущего» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Возвращение Тихона в эпоху Великой Отечественной войны и его приключения в небе создают напряженную историю. Он сталкивается с реалиями войны и неожиданными событиями, которые меняют его жизнь. Перед ним открываются новые вызовы и интриги в мире авиации и военных действий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Возвращение Тихона в эпоху Великой Отечественной войны и его приключения в небе создают напряженную историю. Он сталкивается с реалиями войны и неожиданными событиями, которые меняют его жизнь. Перед ним открываются новые вызовы и интриги в мире авиации и военных действий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– О, батенька, да у вас компрессионный перелом позвонка! – сказал лечащий врач. – Будем делать вам гипсовый корсет и постельный режим.
– Надолго? – испугался Тихон.
– Месяца на три, я полагаю.
В гипсовальной его, как египетскую мумию, замотали бинтами, сверху наложили слой гипса, затем – снова бинты. Грудную клетку сковало от шеи и до поясницы, возможность глубоко вздохнуть исчезла, как будто его заковали в железный панцирь.
Санитары перевезли Тихона в палату, где уже находились такие же бедолаги. «Лежачих» ранбольных собирали в одной палате – так санитарам проще было ухаживать за ними.
Тихону кололи витамины, и первые несколько дней он отсыпался. Ни налетов, ни стрельбы – тишина. Можно сказать, почти санаторий, только скучно.
В коридоре висел репродуктор, и, когда передавали сводки Совинформбюро, открывали двери во все палаты. Ранбольные слушали, потом обсуждали. Для многих перечисленные населенные пункты не были чем-то далеким, отвлеченным: в этих городах или селах они воевали, там их ранило.
Дым в палатах стоял столбом. Лежачим больным хоть и запрещали курить, но строго не спрашивали. Ходячие же курили в саду возле госпиталя.
Самое противное для Тихона началось через неделю, когда кожа под корсетом начала чесаться и просто зудела. Кожа под корсетом не дышала, и помыться возможности не было, гипс расползется. И почесать было невозможно, так бы корсет и разодрал. Опытные раненые посоветовали ему найти проволочку.
– Делаешь выдох, проволочку засовываешь под корсет и чешешь, – дали они совет.
Теперь Тихон уже считал дни, когда, наконец, придет время снимать гипсовый панцирь.
Три месяца показались ему вечностью. Но все-таки пришел тот счастливый день, когда гипсовый корсет сняли.
После рентгена врач разрешил потихоньку ходить. Однако за долгое время пребывания в кровати Тихон почти разучился это делать. Мышцы ног ослабели, тряслись, как студень, и не держали его. И потому Тихон вначале стал ходить на костылях, через неделю перешел на палочки, но и их скоро отбросил. Боли в спине периодически давали о себе знать, но он уже мог выбираться на улицу. Одно было плохо – зима настала, а в халате, кальсонах и тапочках на улицу не выйдешь. Так он и просидел в госпитале зимние холода. А в марте – врачебная комиссия.
У дверей кабинета собралось человек двадцать пять выздоравливающих. Большинство – из пехоты, несколько танкистов, а из летчиков – только двое.
Тихон не волновался, считая, что он здоров. Подпишут документы, и прощай, госпиталь.
