Километрах в двух был виден настоящий лес, там можно было укрыться до ночи, а потом уже решать, как выбираться к своим.
С одним передыхом он добрался до леса и без сил, мокрый от пота, повалился на пожелтевшую хвою, толстым ковром укрывшую землю. И почти сразу услышал тихий, но жесткий приказ:
Тихон сразу сообразил, что немец, будь это он, крикнул бы громко, привлекая внимание камрадов.
– Поднимись медленно, и чтобы я руки видел!
Неизвестный подошел сзади, расстегнул кобуру и вытащил пистолет из кобуры Тихона.
– Можешь повернуться. Ты кто?
Перед Тихоном стоял молодой парень, его сверстник, в гражданской одежде, с немецким автоматом в руках и в немецких же сапогах. Для мирного жителя оккупированной территории сочетание странное.
Неизвестный сунул пистолет Тихона в карман.
– В нагрудном кармане слева.
Противное чувство, когда тебя обыскивают.
Чужак достал из кармана удостоверение личности Тихона, раскрыл его и прочитал.
– Точно, не врешь. А как ты здесь оказался?
– Сам с двух раз догадаешься?
– Не дурак, – обиделся незнакомец. – Сбили?
– Угадал. Неужели воздушный бой не видел?
– Бой не видел – из леса не больно-то вверх посмотришь. А вот парашютистов видел – аж двоих! Один ты, а второй?
– Это и немец может быть… Там кутерьма была, не один самолет сбили. К той роще немецкие мотоциклисты поехали.
– Я видел. Ладно, топай впереди, там разберемся. Только не дергайся, враз порешу.
Тихон пошел вперед. Неудачно получилось. Не успел приземлиться, как этот, с автоматом. Кто такой? Партизан или полицай, прихлебатель немецкий? Вроде бы повязки со свастикой на рукаве нет, как в кино показывали, и на голове – ни пилотки, ни фуражки. А на них хоть бы звезда была или свастика… Сбежать уже не получится, пуля всяко быстрее будет.
Через четверть часа хода по чащобе их окликнули:
– Я! Летчика задержал, вроде наш.
Говоривший отступил за дерево, а Тихон с конвоиром проследовали дальше.
На небольшой поляне находился походный бивуак. Рюкзаки сложены, несколько человеке сидят, рация попискивает. От нее антенна в виде провода на дерево заброшена.
При появлении Тихона люди, сидящие на поляне, схватились за оружие.
– Спокойно! – Степан поднял руку. – Товарищ командир, я задержал человека. По документам – пилот шестого авиаполка.
Командиру было лет тридцать. Лицо без особых примет, волевое. Он просмотрел документы и поднял глаза на Тихона:
– Шестой авиакорпус в Москве и ближнем Подмосковье базируется. Как попал сюда?
– Бомбардировщики прикрывал. Они свою работу сделали и, наверное, уже на своем аэродроме сели. А на нас «мессеры» навалились. Мы сбивали, нас сбивали… Я выбросился с парашютом, меня вот этот задержал.
– Понятно.