«Мессеры» решили помочь своим. Та пара, к которым мы шли, неожиданно через крыло пошла вниз, к «тройкам».
– Кубик, я Малой. К вам пара «мессеров» идет. Перехвачу их на подступах, но все равно один может прорваться.
– Понял. Жду. Я Кубик. Все ко мне!!! … к … чтобы вас …!!!
– Лапа, я Малой. Атакуем поодиночке. Твой ведомый, мой ведущий. Понял? Атакуем!
Мы уже падали на пару «гансов», которые были ниже нас почти на полкилометра. Перехватить мы их смогли на встречном курсе, у клубка воздушного боя, или, проще говоря, избиения боксером младенца. Именно так выглядел бой между немецкими бомбардировщиками и «таирами».
Как я и рассчитывал, перехватили мы «худых» почти у строя. Мой, вспыхнув, понесся вниз огненным комком, а вот ведомый, которого атаковал сержант Лапоть, хоть и дымил, но летел, правда, уже не к бомбовозам, но все равно.
– Лапа, добей его, – приказал я и пристроился к ведомому, защищая с хвоста.
– Карп. Доклад.
– Подранка сбили. Сейчас со вторым возимся. Упертый черт, никак не догоним.
– Принято.
Лапоть со своим никак не мог закончить. Похоже, от волнения все очереди шли мимо.
– Лапа, убери пальцы с гашетки. Убрал? Ага, вижу. Теперь глубоко вздохни, еще раз. И спокойно прицелься – он уже потерял скорость и не может так маневрировать. Огонь!.. Молодец! Поздравляю с первым сбитым!"
"С первым сбитым поздравить пришлось не только сержанта Лаптя, но и других молодых летчиков, у которых это был первый учебно-боевой вылет со встречей с противником. Старший сержант Карпов сбил два «мессера» – наверное, с испугу он все-таки догнал второго. Один, правда, ему засчитали, как в группе, все-таки подранок был, а вот второй серьезно его. Сколько сбили «таиры» Сомина, подсчитать было трудно, залп эрэсами поставил крест на этом, но то, что ни один из самолетов немцев не вернулся домой – это факт. Мне вообще казалось странным количество сбитых реактивными снарядами – точно знаю соотношение расхода ракет и сбитых. А тут – одним залпом!.. М-да. Это или везение, или все равно везение, опыта подобной стрельбы у них не было, я спрашивал.
Последнего свалили в тридцати километрах от аэродрома. Карпов же и сбил, когда «худого» догнал. Повезло, что у немца проблемы с управлением какие-то были, а не то бы ушел, точно бы ушел.
Наши с аэродрома наблюдали большую часть боя, только концовка ушла далеко в сторону, но одно то, что на ВПП упало три самолета, говорило, что учеба шла как надо.
После того как «тройки» сели, настала наша очередь. Когда я подогнал свой МиГ к капониру, мне сообщили еще одну новость, уж не знаю, какую по счету. Запрет на интервью был снят, и надо же было такому случиться, чтобы военные и не только корреспонденты прибыли в наш полк именно тогда, когда мы взлетали. Так что воздушный бой шел фактически на их глазах.