Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя — читать онлайн бесплатно полностью

Но после того, как заметил, что ему не верят – в основном из-за отличительного поведения от других, – стал говорить, что его отец – хороший знакомый генерала Рычагова. Вместе с тем в окружении вел себя достойно, за ним числилось, по словам товарища Тонина, более десятка уничтоженных солдат противника. Мелкие нестыковки и манера поведения дали возможность заподозрить, что он немецкий диверсант, поэтому к нему был приставлен один из пограничников, сержант Слуцкий, именно он довел Вячеслава до самолета, на котором тот долетел до Минска. По словам Слуцкого, допрошенного после выхода из окружения, Вячеслав вел себя после прорыва совершенно нормально, ну кроме той фразы, когда уничтожил танкистов, что убил их только из-за того, что хотел есть. Следователей заинтересовал один момент. Со слов Суворова, распознавать фальшивые документы его научил как раз сержант Слуцкий, но при допросе выяснилось как раз наоборот. Про метки ему рассказал именно Суворов. В общем, все было наоборот. Это один из множества странных моментов в биографии Суворова, отмеченных в его деле. Далее все действия Суворова общеизвестны… Чертова пресса, – тихо пробормотал Никифоров и продолжил: – По словам наших полиглотов, владение французским языком у Вячеслава на очень высоком уровне, но он не является для него родным. Такое вполне может быть, если он воспитывался в семье эмигрантов, и русский язык для него родной, однако все-таки есть некоторые сомнения…

В это время на столе наркома вдруг требовательно зазвонил один из трех телефонов.

– Слушаю! – подняв трубку сказал Берия, взмахом руки прерывая доклад. – Где? Приступить к поискам силами разведгрупп!

Положив трубку, нарком несколько секунд с интересом рассматривал Никифорова.

– Что вам известно об операции, разрабатываемой штабом фронта и отдельным полком Ставки?"

"– Да… все, товарищ Берия. Когда я вылетал в Москву, уже более-менее точно определились со временем вылета. Насколько я знаю, для операции планировалось использовать два звена истребителей и два «таиров».

– Операция выполнена успешно, однако из вылета не вернулись три машины. Один из Та-3 и… майор Суворов со своим ведомым, старшим лейтенантом Микояном…

– …ты уверен, что я это пел?! – спросил тихо, говорить громко мне здоровье не позволяло.

– Да, товарищ капитан. Вот у меня все записано, слово в слово.

– Мать!

Быстро пробежав глазами текст, я только застонал.

– Как я понимаю, ты ничего не помнишь? – вдруг послышался от дверей голос Никифорова.

– Не помню!

И вот тут-то и выяснилась настоящая сущность особиста – он мне даже пить не давал в течение двух часов самого настоящего допроса, разве что без применения спецсредств.

– Да не помню ничего! – уже орал я в конце допроса.