– А нам что делать?
– Возвращаемся к заливу, где стоят корабли противника. Наши все равно мимо не пройдут, тем более знают о них. Я сообщил. Увидим эсминец – подадим знак, привлечем к себе внимание. Другого выхода не вижу.
– Извините, мальчики, я отойду, – сказала с интересом слушавшая нас Эрхарт и отошла за деревья. Говорили мы по-английски, чтобы не переводить.
Понизив голос до шепота, я сказал по-русски:
– Ты за ней присмотри, а то странная какая-то. Лодку непонятно зачем порезала, движения дерганые. Похоже, она того, – я покрутил пальцем у виска, – с катушек от одиночества съезжает.
Последней фразы Гриша не понял, но по смыслу догадался, поэтому уверенно кивнул и с подозрением посмотрел на деревья, за которыми скрылась бывший пилот.
После возвращения Амелии мы поужинали сушеной рыбой, женщина угостила нас съедобными вареными корнями из самодельного рюкзачка. Не картошка, но вполне на уровне.
Когда уже фактически стемнело, мы двинулись в обратный путь. Теперь уже не таясь: ночь была безлунная, и темень хоть глаза выколи, так что за пару часов мы достигли поворота, за которым скрывался залив.
– Нам на ту сторону берега надо, – тихо прошептал Гриша.
Я согласно кивнул, мы действительно оказались на противоположном берегу залива. В прошлый раз, когда устраивали «диверсию» на борту разведчика и рассматривали залив, мы были на другом берегу. То побережье было ближе к нашему острову и, естественно, можно было предположить, что именно там нас будут искать в первую очередь.
– Я могу без жилета, мой наденем на мисс Эрхарт, – сказал я. Возражений не последовало.
Мы отошли подальше, сложили вещи на берегу, спрятав их среди деревьев, и смело вошли в воду. Отплыв – примерно на полкилометра, с запасом, проплыли мимо залива и вышли на берег уже на своей, нужной стороне.
Найдя укромное место, легли спать, правда, в этот раз уже с часовыми.
Утром меня разбудил не Гриша, а громкий, но уже привычный щебет птиц. Привстав на локте, я хмуро осмотрелся.
– Проснулся уже? – выходя из-за деревьев, спросил Гриша. Лежали мы на песке, можно сказать, на открытой местности, не в джунглях же спать.
– Да, – зевнул я.
– Эсминец завтра будет, нам надо как-то продержаться до его прихода. Я вот кокосы нашел, думаю, они нам помогут.
– Хорошо, ты пока завтраком займись, а я пробегусь до залива, посмотрю, что там творится.
– Хорошо.
Бинокль мы не бросили, мне пришлось привязать его рубашкой к голове, намок, конечно, но свои функции выполнял.
Пока бежал до залива, пришел в норму, хотелось пить и есть, но я оставил все это на потом. Пристроив бинокль на выпирающих корнях, слушая, как буквально в метре от меня плещется морская вода, я стал рассматривать лагерь.
«Вроде все спокойно. Да, точно, пленные работают. Вчера я их не всех видел.