По волнам вечернего ветра лежало штормовое судно "Лидия". В ее глубокой кают-эспланаде собрался весь экипаж — от капитана до самых молодых матросов. Уже поднялся очередной тост: "За красавицу! ", когда Лиза, выйдя из туалета в белом платье роскошных брюнеток, ослепительно улыбнулась всем присутствующим....
Главарь банды прошелся по кабинету:
– Так! Ну что? Вроде пришли к общему знаменателю?
– А у нас просто нет другого выхода, если мы, конечно, желаем разбить противника, а не стать его жертвой.
Фарух спросил:
– Когда ты намерен перебросить группу на объект?
– Как только получу приказ на подчинение мне всех сил Байдабо, дабы рассредоточить их там, где было оговорено.
– Через час командиры всех уровней будут знать, что обязаны исполнять любой твой приказ. Это тебя устроит?
– Устроит! Тогда завтра я проведу перегруппировку сил охраны, а в ночь с 21 на 22-е число скрытно переброшу сюда и на склады нашу секретную группу.
– Да?
– Боевики Карабо не смогут объявиться в провинции раньше вторника?
Фарух взглянул на Данура:
– Если ты имеешь в виду всю провинцию, то, наверное, смогут, но выйти к Байдабо – нет. Позже, 22-го числа – да, раньше – нет! К тому же они не знают, что собой представляет флора и фауна провинции, и высаживаться где-то вдали от города не имеет смысла.
– Тогда я возвращаюсь на базу.
– Теперь в доме будут шесть человек? Ты же одного оставишь наблюдателем у фермы?
– Секретаря вы не считаете?
Главарь банды невольно рассмеялся:
– Кого? Сиада? Знал бы ты, что он за мужчина.
– Человек, загнанный в угол, перед лицом смерти становится опаснее разъяренного льва. Трус превращается в бесстрашного бойца. Когда жизни угрожает опасность, люди меняются. А Сиада я возьму на себя.
Фарух махнул рукой:
– Забирай этого недоноска. Вместе с машиной. Его жизнь в твоих руках. Заслужит смерти, убей! Мне он не нужен! Разве что завтра утром отвезти деньги на ферму.
– Я все понял. Завтра использую вашего секретаря, а сегодня прошу отпустить его на отдых. Последнее время Сиад плохо выглядит.
– Устал, бедняжка, перекладывать бумажки, сидя в прохладной приемной, имея то, чего другим недоступно! Шайтан с ним.
– Разрешите идти, хозяин?
– Да, Данур, иди! Да поможет тебе Всевышний.
Хуссейн вышел в приемную.
Секретарь вопросительно взглянул на него.
Данур улыбнулся:
– Ты поступаешь в мое распоряжение. С этой минуты. Единственно, что тебе следует сделать еще с Фарухом, так это завтра получить деньги и отвезти их на ферму.
– Спасибо, господин Данур, а кому я должен буду передать деньги?
– Мне!
– Вам? Но я мог бы отдать их вам и здесь.
