Никифоров, стал стенографировать за мной.
Тщательно выбирая слова, и следя за языком, я стал рассказывать про «свою жизнь».
– Отец у меня был, из мещан. В четырнадцатом пошел добровольцем в армию. Три года воевал за Россию во Франции в одной из бригад, там получил офицерское звание. Когда началась революция, он тогда и остался вместе с другими офицерами во Франции. Отвоевал в Иностранном Легионе, после чего женился на моей матерью, она с семьей эмигрировала, там они и встретились. В двадцать четвертом родился я.
– Так значит тебе действительно семнадцать лет?"
"– Да, два месяца назад исполнилось. Но для всех мне восемнадцать, а то еще выпрут куда-нибудь в запасной полк.
– Фамилия Суворов?
– Мама один из потомков знаменитого полководца. Суворов фамилия бабушки.
– Настоящая фамилия? Не хочешь говорить? – спросил он, заметив мое отрицательное качание головы.
– Семью я похоронил, не стоит их тревожить. Я же сказал, начал жизнь с чистого листа.
– Продолжай, – едва заметно улыбнувшись, сказал он.
– В двадцать втором, еще до моего рождения вернулся из России дядя Женя, брат моей матери. Он за Колчака воевал, раненный был. Так вот жили мы не сказать что богато, но на жизнь хватало. Когда отец заметил, что меня интересуют самолеты, то помог с этим. Так что с десяти лет вся моя жизнь связанна с авиацией. Сперва планеры, потом легкие одномоторные самолеты, а вот когда с Испанской войны вернулся один знакомый дяди Жени, то вот тогда началась настоящая учеба.
– Что за друг?
– Военный летчик. Он летал на «мессершмиттах». Говорил, что имел семь сбитых, два из них И-16. Он воевал с немцами, добровольцем.
– Фамилия?
– Жак Деверо, он погиб в небе Франции в сороковом году. Двух немцев сбил и сгорел в самолете.
Такой летчик действительно существовал. Я видел его фотографии на стене героев, на аэродроме где летал.
– Продолжай.
– Он учил летать меня. Техника воздушного боя мне давалась сразу, так что когда началась война, я был уже неплохим пилотом, как мне говорили, но кто пустит мальчишку в небо, поэтому я устроился на военный аэродром в качестве чернорабочего. Что-то вроде «принеси подай, иди н. хуй не мешай». За неделю до окончания войны, на город, где мы жили, был налет авиации. Там находись части пехотной дивизии, артиллерия в основном, вот по ним и нанесли удар. Однако вылетевшие истребители атаковали их, и немцы скинули бомбы на город, не долетая до цели. Мои родители, младшая сестра, погибли под этими бомбами. Они спустились в подвал, когда объявили воздушную тревогу, и погибли там. Бомба попала в дом, пробила крышу, пол второго этажа, и разорвалась на первом, обрушив потолок подвала. Я почти неделю откапывал их, пока мы не достали тела. Врачи говорили, что они погибли мгновенно.