Тот мгновенно, или как я думаю после некоторых раздумий, принял решение атаковать их.
Прихватив часть роты, оставив остальных продолжать углубляться – благо шанцевый инструмент был – и направился к немцам. Деревья дали возможность подобраться к немцам достаточно близко – дальше были патрули – и произвести залп. За что я зауважал Горелых, так это за то, что распределил бойцов по целям, так что экипажи танка и бронетранспортеров не смогли попасть в свою технику. Немцы метались среди машин и бронетехники, падая один за другим. В общем уйти, то есть убежать смогло всего около полутора десятка немцев. Самое забавное было в том, что кроме винтовок и той же пушки ничего у лейтенанта не было. А тут сразу восемь пулеметов, с немалым боезапасом в грузовиках. Один станковый пулемет, два ротных миномета и противотанковое ружье. Это не считая технику. Рота была сборной солянкой, нашлись и минометчики, и пулеметчики, и водители, которые с помощью двух захваченный пленных освоились и отогнали бронетехнику на позиции, машины пришлось буксировать, похоже побили. В статье об этом не было, но и так понятно. До прихода немцев они успели не только окопаться, и закопать по башню танк, посадив в него артиллеристов, но отправить в тыл раненых и пленных.
Основная часть немецкого войска подошла ближе к вечеру в семь часов. Предупрежденные выжившими гансами из передового дозора, шли они осторожно, пустив вперед разведку. Роту занявшую окопы в стороне они не заметили, маскировка была на уровне. В общем, проверив дорогу, они пустили вперед танки.
Горелых их пропустил, не с его возможностями было бодаться, а вот грузовики последовавшие за десятью танками не пропустил, открыв огонь создавая затор. Минометы, пулеметы, противотанковая пушка, все били по машинам.
К середине статьи, я понял, что вряд ли именно лейтенант командовал в этом случае, чувствовалась рука опытных людей. Если лейтенант принимал советы от своих подчиненных, то, то что написано в этой стать вполне могло быть. Пулеметы находились на запасной позиции впереди основных окопов, и не выдали своим огнем позиции роты. Кинжальный огонь по кузовам машин набитых немецкими солдатами, практически уничтожил шесть передовых машин, после чего пулеметчики перенесли огонь на остановившиеся машины вставшие между озер. Те сигналили, дергались вперед-назад пытаясь развернуться. Но все было тщетно. Потери росли, и немецкий командир дал приказ на совместную атаку с развернувшимися и возвращавшимся к бою танкам. И она бы принесла успех, если бы не сменившая позицию сорокапятка, и стоявший в засаде танк. Горелик посадил, в классическую тройку опытных артиллеристов, поэтому первый удар был и так сокрушающ.