Прищурившись, рассматривая дымящуюся машину, понял, что это наша.
– Они уходят! Внимание всем! Бьем «в хвост и в гриву»! – скомандовал я, как только понял, что немцы сдулись.
Те, у кого еще оставался боезапас, рванули за улепетывающими «гансами», нужно окончательно деморализовать их. Да и если повезет сбить парочку.
Несмотря на видимый успех этой операции, которую я неожиданно для всех назвал «Операция», правда так и не дождавшись ни от одного из командира вопроса почему. Они посчитали, раз я так окрестил ее, значит так нужно, что меня несколько расстроило, несколько заготовленных ответов, вроде того пресловутого «чтобы никто не догадался» пропали втуне. Так вот, не смотря на видимый успех операции, считал ее проваленной, и мне понадобилось не так много времени чтобы убедить в этом весь командный состав полка. Может кому-то кажется что это не правильно, но я ВИДЕЛ что операция была фактически провалена, несмотря на хвалебные послания из штаба фронта. Парни были хоть и с небольшим опытом, но не спорили со мной, они тоже были не слепые.
В течение нескольких часов, в подробностях разобрав бой на фрагменты, тут как раз вовремя подвезли отпечатанные снимки с наблюдателя, мы стали обсуждать найденные ошибки и просчеты.
Тыкая пальцами в карты, снимки, рисунки боев, командиры групп и звеньев до крика спорили, выискивая просчеты и стояли на своем, если все же находили. Я же сидел чуть в стороне и в блокноте по пунктам разложил всю операцию, начав со звена Архипова."
"«В чем же ошибся? – задумался я, поморщившись. В это время Саша Покрышкин, что-то горячо обсуждал с Быковым, сбивая меня с мысли: – Так, здесь Архипов встретился с Хейнкелями-приманками, сбил два. Тут попал под сдвоенную атаку, которую ожидал и отбил, сбив одного… Что-то рисунок боя не сходиться. Что-то тут не так!»
Оторвавшись от блокнота, я посмотрел на Архипова, который привлекал к себе внимание белоснежными бинтами на голове и руке, спросив:
– Серег, тебе не показалось странным начало боя?
Почти без задержки лейтенант кивнул, и поморщился, придерживая голову одной рукой:
– Было что-то такое. Атаковали меня всего четыре пары, а это сам знаешь капля в море. Остальные смотрели, наблюдали, ждали чего-то, я это только в конце боя понял.
– Точно! – я бросил карандаш на стол, и не обращая внимание, что он скатился на край и упал на пол, пояснил: – Это была ловушка в ловушке. Они ждали не меня, а полк… Как я сразу этот развод не понял?!
– Мне тоже казались странными действия немцев, – согласно кивнул Покрышкин.
– Угу. Что там с допросом пленных? Что сказали? – поинтересовался я у начштаба.
– Не знаю. Еще не доложили. С ними Курочкин работает, – несколько растеряно ответил он: – Сейчас узнаю.