– В Чечне?
– У нас не только там войны идут, немного в другом месте.
– Понятно… а какой род войск? Спецназ? – видимо попытался угадать по стилю поведения и спортивному телосложению.
– Ты будешь смеяться – я летчик. Истребитель.
– А ранение?
– Сбили.
Анатолий на несколько минут задумался, то ли размышляя над прошедшим разговором, то ли сосредоточившись на управлении, дорога действительно стала хуже. Похоже, зря мы поехали прямой дорогой, нужно было сделать крюк и объехать это болото. Раньше, мы по ней нормально ездили… на тракторах.
Анатолию я сказал полуправду по одной причине, так как основное время мы будем проводить вместе, обучение Степки касаемо боевой службы и мирной жизни в СССР вряд ли останется им без внимания, то и решил немного приоткрыть завесу тайны.
– Все равно не помню, чтобы где-то велись боевые действия, – дорога пошла ровнее и Толик снова стал проявлять любопытство.
– Толь, вот ты мне скажи, когда в Чечне служил, там случалось что-нибудь громкое? Об этом трубили в газетах и в новостях?
Водитель на несколько секунд задумался, после чего вздохнув, кивнул:
– Было дело, бэтр подорвался, потом колонну с продовольствием обстреляли, а в новостях говорили, что у нас все тихо. Мы тогда на блокпосту стояли, в усилении, так что знаю что говорю.
– Вот именно, не все можно узнать из новостей. А про себя скажу, воевал не в России, а в Африке.
– А-а-а, все понял, вопросов больше нет… А Саддама кто сдал? – через секунду не выдержал он.
– Свои же и сдали. Генералы его.
Версия с Африкой под нашу версию подходила просто идеально, правда до Толи еще не дошло, что война та была несколько раньше чем я получил ранение. Если что, скажу что был в Секторе Газа, там постоянно что-то случается.
– Вот тут направо. Видишь, колея набита, травой заросла? По ней, дальше на поляну выйдем. Там конец нашего пути.
– Я смотрю, хорошо места тут знаешь?
– Два года назад был здесь с поисковиками.
– Это которые всякие останки ищут со времен войны? – уточнил Анатолий.
– Да, именно с ними.
– Понятно.
– Машину под тот дуб загоняй, ее с воздуха не видно будет, и будем устаиваться.
Не успел мотор заглохнуть, тихо поскрипывая и потрескивая остывая, как я открыв дверцу спрыгнул на изумрудно-зеленую траву и сразу стал командовать:
– Шалаш ставим под теми деревьями. Кухня, вернее костер там, где старое пепелище. Дым будет уходить по стволу дерева и его не будет видно. Туалет вон за тем кустарником. Степка, берешь ведро и идешь вон туда, где березы растут, за ними ручей. Помоешь ведро наберешь воды принесешь его сюда. Толя. Бери топор, будем шалаш делать.
– Вот раскомандовался, – буркнул себе под нос Степка.
– Курсант Раевский! Смирно!.. Спину ровнее… живот втяни.