Впереди виднелся покрытый невысоким лесом, преимущественно березой, небольшой островок, размером метров тридцать на шестьдесят.
Удобной бухты тут не было, пришлось пробивать его, чтобы подвести катер и лодки к берегу, благо там была открытая вода.
– Черт, траву на винт намотали, – пробормотал Степка, когда мотор внезапно стих. Сержант успевший снять сапоги прыгнул в воду, ухнув по пояс, держав верёвку и оружие над головой он побрел к острову, таща нас на прицепе, через минуту в воду прыгнули и мы с лейтенантом и тоже впряглись как бурлаки на волге.
Зашвартовав лодки и катер, мы принялись маскировать их.
– Так, вещи из самой большой лодки выгружаем на берег, лодку нужно освободить от груза, – скомандовал я.
До обеда было еще далеко, поэтому я решил отправляться сейчас.
– Как долго вас ожидать товарищ подполковник? – поинтересовался Казанцев.
– От нескольких часов, до нескольких суток, лейтенант. Если мы не вернёмся через пять дней, забирайте катер и уходите к нашим. Продовольствия вам хватит недели на три, не меньше, – ответил я.
Степка в это время уложил на дно лодки весла и стоял рядом с шестом в руках, уперев его в землю.
Лейтенант и сержант стояли на высоком берегу и смотрели, как мы уходим. Перед тем как мы ушли за поворот и нас скрыл высокий камыш, я увидел, как взлетела рука Казанцева в прощании.
– Видишь, как удобно все сложилось, теперь за вещами есть кому присмотреть.
– Повезло, – откликнулся Степка: – ты слышал, Жорка Казанцев говорил, что советские войска подошли к Смоленску, уже блокировали его.
– Не особо торопятся. Я Сталину рассказал, какие потери мы понесли. В последнее время стали давать отпуска для улучшения демографии и беречь солдат. В лоб уже не бросают.
– Понятно… Поворот.
– Наш следующий.
Через сорок минут мы были на месте.
Пробив в стене камышей проход, стали загонять в него лодку.
– Упаримся мы так, – тяжело дыша, выдохнул Степка, когда нос лодки уперся в очередную кочку.
Мы стояли на корме, чтобы нос задрался, и легче было отталкиваться шестами.
– А что делать, опять на пузе? Отдохнём немного и продолжим, вот уже видно, метров двести осталось.
– Слушай, я что придумал. Веревки у нас метров на сорок, один прыгает в болото, идет вперед находит место покрепче и подтягивает лодку. Как?.. А почему я?!..
– Инициатива еб. т инициатора, раздевайся, – хмыкнул я.
Идея Степки сработала, лодка подтягивалась как на салазках. Сидя по середине чтобы распределить вес я внимательно отслеживал обстановку вокруг, держа карабин наготове. Немцы наверняка обнаружили уничтоженный пост, и должны поднять тревогу. Один пост мы уничтожили, и насколько я знал кроме пары деревушек, по окраинам болота, больше ничего тут не было.