– Мы тут видели одну «пешку», на озеро село, тоже где-то над Польшей подбили, долго тянул.
– Номер машины помнишь?
– Конечно, товарищ полковник. Ноль-двадцать семь.
– Капитана Егорова машина, из нашей дивизии. Не вернулся с задания шестнадцать дней назад, – припомнил полковник Тонин.
– Командира и часть экипажа захватили немцы, местные сдали. Остальной экипаж еще над Польшей выбросился, – выдал я другие сведенья, полученные от пленного жандарма. Полковник только вздохнул.
– О себе можешь не рассказывать, все знаю из газет и твоей книги. Герой, сам вижу. Это правда, что счет сбитых у тебя перевалило за сотню? – поинтересовался вдруг Тонин.
– Так точно…
– Давай без официоза, просто как старые знакомые.
– Хорошо, – кивнул я принимая.
– Ну так?
– Теперь у меня на счету сто шесть битых.
– Однако, молодец, не врал, когда говорил что отличный пилотажник.
Я скромно потупился, водя пальцем узоры по столу. Приятно черт возьми принимать восхищение от битого воздушного аса, которого действительно уважаешь. Остальные летчики, что сидели рядом, с интересом прислушивались к нашему разговору, а после озвученной цифры сбитых, изумленно зашумели, обсуждая эту новость.
Посмотрев на летчиков, Тонин предложил прогуляться.
– Давно вы тут, товарищ полковник?
– Шестой день, – ответил он, присаживаясь на пенек.
Мы неторопливо дошли до фруктового сада за хатой и, устроившись на удобный пеньках, повели неспешный разговор.
– Понятно.
– Ты сам куда пропал? В газетах объявили, что ты пропал без вести. Немцы в своих листовках, что взяли живого, правда, доказательства представить не смоги."
"– Ранили меня. Мы поезд Гимлера на «тройках» штурмовали, а когда отработали и стали уходить, нас связала боем пара из охраны эшелона. Бой приняли, но тут подоспели истребители с ближайшего аэродрома охраны тыла, бой завязался. У меня сами понимаете опыта в подобных схватках больше чем у штурмовиков. Но машине не очень знакома, да и действовали летчики уверенно. Отбились бы, да мне в мотор прилетело. Пришлось своей властью отдать приказ, чтобы они уходили, а сам пытался удержать от преследования противника. Удержать смог, но меня добили, пришлось идти на вынужденную. Прыгать не мог, в воздухе бы расстреляли, злые они были. Плюхнулся на пузо в молодой ельник, это смягчило удар. Дальше уже пехом. Там наземные войска подоспели, загнали меня в болото, даже подстрелить сумели, в плечо. Три дня там отсиживался, лягушек ел, пока на противоположную сторону не выбрался. Нашел в одном крупном селе хату с краю и договорился о постое. Полька не старая была. Приютила, даже вылечила, отходила, можно сказать.
– Понятно… Ты родственников своих нашел?
– Нашел, – вздохнул я, и пояснил: – Случайно, но все же.