– Звонил, чтобы мою машину приготовили, она в кремлевском гараже стоит. Вечером после встречи с товарищем Сталиным ко мне поедем, знакомиться будем.
– Разрешат? – спросил Шатун.
– Я спрашивал у товарища Берии, разрешили. Два дня дали на знакомство и отдых, потом уж извините, работать будем плотно. Ну, мы то со Степкой в Центр, у нас служба, а насчет вас вопрос проясниться через несколько часов, так что сейчас ничего конкретного сказать не могу.
– Я бы в институт поступил, конструкторский, – вздохнул Толик."
"– Я же говорил, решим. Тут нам открыты все дороги, учитывайте это. Но только после принятия гражданства, до этого вы тут пока гости, и отношение соответствующее. За информацию, что мы привезли, нам конечно большое спасибо скажут, но не более.
– Не говори прописных истин, и так понятно, – махнул рукой Шатун, остальные кивнули.
Все разговоры за последние часы уже были рассказаны и обсуждены, поэтому включив радио, мы услышали музыкальное выступление одной певицы. После первых же аккордов, все как будто их дернули за верёвочки, посмотрели на меня:
– А что сразу я?!
В это время голос певицы разносил по комнате знакомые слова:
Над землей летели лебеди
Солнечным днем.
Было им светло и радостно
В небе вдвоем,
И земля казалась ласковой
Им в этот миг…
Вдруг по птицам кто-то выстрелил,
И вырвался крик:
Что с тобой, любимый мой?
Отзовись скорей.
Без любви твоей
Небо все грустней.
Где же ты, любимый мой?
Возвратись скорей,
Красоту мою нежную
Сердцем своим согрей…
(Дементьев А.)
После того как песня закончилась, мы продолжали сидеть на своих местах, пребывая еще там, в песнях.
– М-да. Даже мурашки по всему телу. Не знаю кто пел, но она великая певица, – пробормотал Шатун, проводя рукой по лицу.
– Я знаю, кто пел, – вздохнул я.
– Кто? – спросили они хором.
– Теща, – снова вздохнул я: – Голос слышали какой? Ни с кем не спутаешь.
– Теперь она кажется мне двусмысленной… – что имел в виду отец, мы не узнали. В это время раздался стук в дверь и в открывшемся проеме, показался наш сопровождающий.
– Пора выезжать. Время.
Через полчаса мы оказались в Кремле. Следуя за сопровождающим мы прошли через многочисленные коридоры, охраняемые серьезными бойцами и вышли к большой двухстворчатой двери кабинета Сталина.
– Проходите, вас ждут, – указал на дверь секретарь.
Я первый подошел и потянул за ручку, за мной следом в кабинет прошли остальные.
– Здравия желаем, товарищ Сталин, – немного в разнобой но все равно хором поздоровались мы.
– Ну, здравствуйте, иномирцы, – улыбнувшись в усы, ответил Верховный.
Первым делом Сталин поблагодарил нас за предоставленную информацию, сказав, что это для Союза как глоток свежего воздуха.