Как определила комиссия из инженеров, причина аварий повреждение несущих конструкций во время маневров. Благо, противник этого не знал, все произошло в чистом океане и свидетелей, кроме других немецких пилотов не было.
Майор был согласен, безлюдные просторы – идеальная площадка для обкатки сверхсекретных технологий. Шансы быть замеченным, сфотографированным или сбитым минимальны, а при аварии аппарат падает в воду и не достается противнику. Отсутствие немецких войск на тихоокеанском фронте также имело объяснение – Рейх активно сотрудничал с Японией, передавая ей самые современные технологии.
Если что, можно все свалить на них.
Причина последней вспышки ярости был звонок из залива, неизвестный угнал самолет союзников. Проблема была не в этом, на шесть рабочих прототипов было всего четыре опытных летчиков-испытателей, которые знали эти машины от и до. Как слабые, так и сильные стороны.
Смена, которую доставили вместе с майором хоть и летела на подобных изделиях в Германии, именно эти аппараты не знала.
Однако приказ командира базы поднять ВСЕ экспериментальные машины наткнулись на стену непонимания Грохтердта. Он как вновь назначенный командир летного состава, прошлый погиб при испытаниях, не собирался выпускать в воздух неподготовленных летчиков, но и ослушаться приказа он тоже не мог. Поэтому на ходу обучаясь, поднял закрепленный за собой аппарат в воздух, за ним поднялись еще четыре машины управляемые опытными летчиками. Последний, остался на земле.
– Я Птенец, вижу объект.
Он удаляется от залива на два-один, – услышал майор, голос самого молодого из испытателей лейтенанта фон Оффена.
– Я Стриж. Идем не перехват, – тут же скомандовал майор.
Машина, несмотря на некоторые недостатки, понравилась майору. Имея огромный практический летный опыт, он довольно быстро освоился с ней. На тех, что он летал в Германии стояли поршневые двигатели, хоть и экспериментальные. На этих же были реактивные.
В это время противник, их заметил, и резким манером развернувшись, полетел на встречу.
Что-то в этом было знаком. У каждого летчика был свой стиль пилотирования, это как отпечатки пальцев. В данном случае Грохтердт готов был поклясться, что где-то уже встречался с этим летчиком.
Ответ-воспоминание пришло к нему вспышкой за две секунды до начала боя.
– Это Суворов!!! – заорал он.
Острова в Тихом океане.
Сопоставить скорость противника со скоростью своего аппарата мне туда не составило. Разница почти в два раза.
