я!!
– А то я не понял, что так материться только наши могут, – ответил запыхавшийся боец, и прислонив винтовку к стволу дерева стал помогать мне спуститься.
Тут налетели остальные, и меня мгновенно освободив из строп, и ремней парашюта стали кидать в воздух, дружно скандируя и крича не впопад.
– Ай маладец, пятерых сбил… – радостно кричал лейтенант-грузин, командуя бойцами что меня качали. Спину начало стрелять болью.
– Молодец, ай да летчик… Вот, настоящий сокол.
Перед лицом мелькали разные лица, и руки.
– Да поставьте меня на землю, мне к командованию надо у меня важные разведданные!
– Смирно! – рявкнул кто-то рядом.
Бойцы ловко поймали меня и поставили на землю, после чего быстро выпрямились и замерли.
Я тоже встал по стойке ""смирно"", стараясь незаметно проверить сухие ли штаны, а то до этого было как-то не до того.
«Уф, сухие, что странно!»
Командир, что скомандовал, стоял неподалеку и чуть насмешливо наблюдал за моими манипуляциями, явно поняв что я делаю. А вот меня он сразу напряг. В двух метрах от меня стояли два командира, один политрук с синими петлицами и с глазами особиста, другой майор авиации. Именно политрук и командовал.
– Представьтесь! – снова скомандовал он. Майор же молчал. Позади них, метрах в пятидесяти, стояла черная «эмка», из которой выглядывал боец в пилотке и с синими петлицами.
«Явно ихняя машина!» – понял я и смущенно ответил.
– Всеволод Суворов… – и замолк, сказать мне больше было нечего. Это не в окружении, где нет возможности проверить мои слова, тут проверить могут.
– Какой полк? – нахмурившись спросил политрук.
– Никакой, мне семнадцать, я собираюсь поступить в летную школу, – хмуро ответил я.
Меня удивила странная реакция майора, он резко встрепенулся и с интересом посмотрел на меня, что-то прикидывая в уме. После чего они с особистом быстро переглянулись. А то что он особист, я был уверен на все сто, не раз имел с ними дело, друзей у отца много.
– Бойцы свободны, – скомандовал политрук, и повернувшись ко мне сказал:
– Нужно поговорить.
В это время у «эмки» остановилась полуторка, из которой с грохотом посыпались бойцы, у командира вылезшего из кабины, была красная повязка комендатуры на рукаве."
"– Я их задержу, – быстро сказал он и направился к комендачам.
– Так, у нас мало времени. Хочешь стать летчиком-истребителем? – быстро спросил майор.
Что-что, а для меня это был сюрприз, и сюрприз немалый.
– Конечно хочу, – возмутился я.
