Школьник-выпускник попадает в первые дни войны и становится летчиком-истребителем. Сын летчика решает оставить значительный след в Великой Отечественной войне. Его путь лежит через воздушные бои на новейших Ла-5, борьбу за выживание и поиск смысла в стремлении защитить Родину. История...
Да и про семнадцатый полк я не помнил, скорее всего сгорел в первые дни войны, а формировать новый не стали, и такое бывало.
– А откуда ты про меня знаешь?
– Летчик один семьей хвастался, вот в фотоальбоме я вашу фотографию и увидел, он рассказывал про вас, мельком, но я запомнил, память хорошая. Хотя честно говоря вспомнил я вас не сразу.
– Это наверное Львов, или лейтенант Камов.
Я пожал плечами, сказав, что с летчиком знаком лишь мельком, просто поболтали и разбежались.
– А как он выглядел?
Припомнив, как выглядел капитан Львов, погибший двадцать третьего июня во время бомбардировки аэродрома, я достаточно точно описал его.
– Ну точно, Сашка Львов, вы когда виделись-то?
– Да в сороковом и виделись, он кстати хороший специалист по технике пилотирования.
– Это точно, он на своем «ястребке» в небе Испании шестерых свалил.
– Вот и я о том же.
Поболтав о том о сем, капитан пообещал все сделать быстро и вышел, оставив меня в тяжелых раздумьях.
«Параллельный? Да нет, не может быть. Тут все как у нас, никакой разницы нет! Или все-таки?»
Вот за такими мыслями и застала меня военврач Лютикова.
– Больной я же не велела вам двигаться.
– Устал лежать, – ответил я уклончиво, и сел на скамейку.
– Через час будет баня, после вы получите свежее белье, а сейчас я вам покажу вашу кровать в стационаре. До конца лечения вы будете находиться там.
– Хорошо.
Меня без всяких проволочек устроили на койке в соседнем помещении, гордо называемом «стационаре», где было всего четыре койки, и велели ждать бани, за мной пришлют вестового.
После баньки, сделанной бойцами БАО из старой палатки, и печурки, я одел свежее белье, и накинув больничный халат направился обратно в санчасть, как мое внимание привлекла красная ракета, и звуки запускаемых авиационных моторов. Мимо пробегали летчики и члены экипажей, устремляясь к самолетам, некоторые на бегу бросали на меня заинтересованные взгляды.
– Вить, что случилось? – поймал я за рукав «вечного дежурного».
– Срочный вылет. Немцы почти у города, нужно разбомбить переправу, – успел ответить он и побежал куда-то в сторону нескольких спецмашин, стоящих группой под масксетью.
– А я как же? А меня?
Развернувшись и придерживая полы халата, я побежал в штаб.
– Товарищ майор! Почему без меня? – сразу же спросил я.
– Так, боец. Как нужно обращаться к старшему по званию, – нахмурив брови рявкнул седовласый капитан, который склонился над картой.
– Извините.
