Из кресла самолета «Боинг – 737», на котором я сидела, открывались виды на серпантином планирующуюся земнуюsurface. Курс запад в Адриатическое море. Мир вокруг оказался как живой, готовый раскрыть свои тайны. Зажмурившись и прижавшись к подлокотникам, я чувствовала дрожь самолета – его взлет. Внутри царила невеселая тишина, а снаружи пейзаж расцвел огненными мигалками городских фонарей и глубиной чернильной ночи....
– Отпразднуем первый вечер пребывания в Италии? – Алина держала в руках бутылку шампанского и два бокала. Третий бокал она намеревалась найти в моем номере.
– Отпразднуем, – не особо весело протянула я. – Может надо проверить наших туристов, спросить, как они разместились? – спохватилась я.
– Не маленькие, – пресекла мой порыв Алина. – Сами разберутся, что к чему. Вероника предупредила о недремлющей итальянской преступности? Предупредила. Что еще надо? За ручку их никто водить не обещал.
– А что ты такая грустная? – насторожилась Степа.
– С Олегом разговаривала.
– Случилось что-то?
– Да нет, – вместо меня ответила Алина. – Если бы что-то случилось, она бы уже мчалась в аэропорт. Настроение испортил? Угадала? Вот он вечно тебе портит настроение. Просто деспот какой-то, специалист игры на нервах. Почему он так себя ведет, не понимаю. Нет, чтобы отпустить тебя с легким сердцем, тогда и поездка заладится.
– А так не заладится? – насторожилась Степа.
– Почему? Конечно, заладится, если я с вами поехала, – хмыкнула Алина.
– А, – протянула Степа. Ей не очень понравилось, как Алина отозвалась о ее племяннике. – Значит все в порядке? – переспросила она у меня.
– Абсолютно. Сидят в ресторане, поужинали, сейчас десерт доедают, – вздохнув, ответила я.
– Вот видишь, Степочка, поужинали, а мы еще даже бутылку открыть не успели. Марина, где твой бокал? Наливаю, – с этими словами Алина выдернула пробку из бутылки. Шампанское зашипело и пенной струей полилось из бутылки.
Я выпила шампанское, и на душе стало легче. Зря я так на Олега. Сначала переживала, что ему без меня плохо, а потом обиделась за то, что он пошел в ресторан. А почему он не может сходить с ребенком в ресторан? Конечно же, может.
В дверь громко постучали.
– Кто бы это мог быть? – спросила Алина, с лукавой улыбкой поглядывая на меня. – Муж в одиночестве… А она… Ждешь кого-нибудь?
– Алина, не городи ерунды, – бросила я в ответ и поплелась открывать дверь.
На пороге стоял сияющий и не до конца протрезвевший Леопольд Краюшкин.
– Ах, вот где вы спрятались? – заметив в моем номере Алину, он потерял ко мне всякий интерес и без разрешения просочился внутрь. – Ищу-ищу, а вы здесь! – С этими словами он вытащил руки из-за спины. В одной руке он держал коробку конфет. В другой – бутылку шампанского. Все это он водрузил на журнальный столик, а сам бесцеремонно сел на край моей кровати.
