В зловещем кабинете мрачного сыщика Бориса Ивановна Иванушка сталкивается с загадочными угрозами. Атмосфера здесь напряженная и неловкая, как в старом фильме ужасов. Каждый шепот и тень кажутся подозрительными, пророком скорой участи.
И…
Раздался звонок домофона, батлер глянул на экран.
– Пришла ваша матушка, с ней какой-то мужчина.
– Очень хочется прикинуться дохлым голубем, – пробормотал я, – но номер не пройдет.
Звонок опять занервничал.
– Пойду в кабинет, – решил я. – Впустите их, когда окажусь в рабочей обстановке.
Глава пятая
– Наконец то! – сердито произнесла маменька, влетая в комнату. – Эдичка! Сюда.
Перед моими глазами предстал парень, наряженный в розовый пиджак, зеленую рубашку, синие брюки и оранжевые ботинки.
– Вава, знакомься, перед тобой Эдуард Трубецкой фон Блюмен, – завела маменька, – племянник Карла Сергеевича Волконского, мужа Элен, дочери его жены от пятого брака.
Трубецкой фонд Блюмен? Интересное сочетание фамилий. С Карлом Сергеевичем Волконским я знаком шапочно, видел его пару раз на каких-то тусовках. Пассаж «муж Элен, дочери его жены от пятого брака» звучит загадочно. Но не следует сейчас терять время на выяснение, чья супруга Элен и кто многократно сходил в загс.
– Рад встрече, – старательно улыбнулся я.
– Борис! – закричала маменька.
– К вашим услугам, – поклонился мой секретарь.
– Мы пришли, – ринулась в атаку маменька. – Ни чая, ни кофе! В чем дело?
– Жду ваших указаний, – ответил Боря.
– Хорошая прислуга сама знает, что принести! – взвилась маменька. – Ты уволен. Исчезни с глаз долой.
Боря молча ушел.
– Эдичка, рассказывай, – уже иным тоном заговорила маменька.
Парень, сильно жестикулируя, начал доклад:
– Коллекция одежды, которую создала госпожа Адилье, гениальна и проста.
Я кивнул. Значит, маменька теперь модельер.
– Моя задача – воплотить нечеловечески красивые и оригинальные вещи в тканях и других материалах, – продолжил Эдуард. – Компронэ?
– Компронэ, – кивнул я.
– Вава! – воскликнула маменька.
Я прикинулся дурачком.
– Что?
– Слушай молча, не перебивай Эдди, веди себя прилично, – прошипела маменька.
– Мне задали вопрос: «Компронэ»? Невежливо промолчать.
– Бархат, парча, хлопок, другие материалы хороши, но они используются всеми, – продолжил Трубецкой фон Блюмен.
– Метростадо? – удивился я. – Никогда не слышал про такой город.
– Стадо пассажиров метро, – уточнил Эдди. – Они как обезьянки. Никакого самовыражения. Один купил себе рваные джинсы, через неделю все в такие нарядятся. А у госпожи Адилье оригинальность с ноткой юмора. Ее коллекция носит название «А пошли пожрем».
