Автор
Приближалась ночь, когда Витек, охранник университета, наконец вернется. За это время девочка начала понимать, что мир за пределами стены общежития — холодный и чужой. Она замечала только теневые фигуры на заборе и мутные отблески фонарей улицы, ожидая света встречного лица или звука шагов другого ребенка....
Там на въезде в поселок установлены видеокамеры, которые фиксируют все въезжающие машины. Я посмотрел записи за несколько дней, начиная с исчезновения Волкова. В тот день я ничего интересного не обнаружил. Все машины, по словам сотрудников охраны, принадлежат владельцам домов. Посторонних не было. А вот в ближайшее к тому дню воскресенье… Впрочем, сами смотрите.
Он вывел на экран немного мутную, но все-таки хорошо различимую запись, на которой через поднятый шлагбаум периодически въезжали и выезжали машины.
– Ей открыли охранники? Они видели, кто сидит за рулем? – хрипло спросил Алексей.
– Нет, ночью охрана спит. Жильцы открывают шлагбаум пультами, которые у них на ключах.
– То есть она приезжала в дом Кононовых через несколько дней после смерти Волкова и у нее были ключи не только от дома, но и от въезда на территорию? Но зачем?
– Мы исходим из того, что Волкова убили сразу после исчезновения, но экспертиза не дала нам точного ответа на этот вопрос, – вздохнул Мазаев. – Может быть и так, что певца привезли на дачу Кононова и заперли там, уговорив или даже связав, а убили уже через несколько дней. Или убили сразу, а потом возвращались зачем-то на дачу.
– Глупость. Какая-то несусветная глупость, – простонал Зубов.
– А с чего мы взяли, что за рулем машины Борисова? – подала голос Ниночка Шанина. В голосе звучала все та же проклятая жалость. К нему, Зубову. – Может быть, преступник взял ее машину, чтобы подставить.
– Нет, за рулем именно Борисова, – вздохнул Мазаев. Ему Зубова было жаль ничуть не меньше. – Вот смотрите.
Он щелкнул кнопками на компьютере, и изображение на экране стало крупнее.
* * *Причастность Велимиры Борисовой сразу к двум убийствам не вызывала у следственной группы никаких сомнений.
