Автор
Приближалась ночь, когда Витек, охранник университета, наконец вернется. За это время девочка начала понимать, что мир за пределами стены общежития — холодный и чужой. Она замечала только теневые фигуры на заборе и мутные отблески фонарей улицы, ожидая света встречного лица или звука шагов другого ребенка....
– Ладно, продолжаем работать, – подытожил следователь, давая понять, что планерка закончена. – Обо всех существенных результатах докладывать незамедлительно.
Костя договорился о встрече и убежал в Наркоконтроль, а Зубов остался выяснять, что не так с бизнесом Игоря Камаева.
Старший сын Татьяны Игнатьевны оказался совладельцем и генеральным директором крупной строительной фирмы, возводящей дома в Выборге. Называлась фирма «Монрепо», в честь одноименного парка. В минувшем году компания вложилась в новый проект, взяв для этого достаточно крупный кредит, причем сделала это под плавающий процент, зависящий от ключевой ставки Центробанка.
"Для того чтобы понять, что случилось дальше, не нужно быть финансистом. С ростом ключевой ставки затраты на обслуживание кредита из ощутимых стали неподъемными. Квартиры же в домах, построенных менее чем наполовину, никто особо покупать не стремился. Фирма Камаева четким шагом шла к неминуемому банкротству.
Еще месяц назад компания показала за третий квартал фантастические убытки, но четыре дня назад закрыла всю накопившуюся задолженность по кредиту.
Общая сумма набранных «Монрепо» кредитов составила шестнадцать миллиардов рублей, из них просрочка, угрожающая благополучию компании, приблизилась к одному миллиарду, и именно эта сумма и была четыре дня назад перечислена на счет выдавшего кредит государственного банка, решив все проблемы.
Так-так-так. И откуда бизнесмен Камаев, фирма которого влезла в непомерные долги, в одночасье взял эти деньги? Да еще именно в тот момент, когда из квартиры убитого Бориса Самойлова пропали картина и бриллианты общей стоимостью как раз примерно в миллиард? Подобное совпадение майору Зубову категорически не нравилось.
Он выписал на лист бумаги все данные, которые ему удалось найти, чтобы не идти к Никодимову с пустыми руками и не объяснять на пальцах.
– А вы ведь правы оказались, Алексей. – Костя всех в отделе звал на «вы», никак не мог привыкнуть к панибратству, вещи в профессорской семье немыслимой. – Похоже, Ирина Введенская действительно промышляет торговлей наркотиками.
– Рассказывай, – улыбнулся Зубов.
Его собственные открытия вполне могли подождать, а вот Костин трудовой энтузиазм стоило поддержать, чтобы не угас раньше времени.
