Автор
В двенадцать минут пятнадцати ночи, когда мир еще погружен в тишину, что-то необычное произошло. Сторожем организма была прервана мелодичная кошачья лапа, вместо ожидаемого громкого звука угрозы. Что скрывает этот ночной подъем? В помещении царит шепот, будто ветер сильного шторма прошелся по комнате. Глаза медленно привыкают к темноте, и все равно не видно ни призраков, ни живых существ — только тихий шорох воздуха....
– Ты с ума сошел! Два часа ночи! Что случилось?
– У меня... гость. Секундная тишина.
– Посланник?!
– Курьер. – Такэда покосился на старика, коротко добавил:
– Жду.
Положил трубку.
– Чай, горячий шоколад, глинтвейн, кофе?
– Мы люди простые, кофеями и глинтвейнами не избалованные. Чайку, и погорячей, если можно. Замерз как собака! Не думал, что у вас тут на Земле такие лютые зимы. Не представляю, как мой носитель, – гость ткнул пальцем себе в грудь, – выдерживает такие холода в течение долгого времени.
– Бомжи у нас великие специалисты по выживанию.
Такэда приготовил чай, принес на подносе в гостиную. Старик с удовольствием принялся есть варенье и прихлебывать ароматный напиток, держа чашу в обеих руках. Закончил чаепитие он как раз в тот момент, когда приехал Сухов. Некоторое время они смотрели друг на друга, словно оценивая и вспоминая былое, потом гость встал, проговорил негромко:
– Плохие известия, Седьмой. По моим сведениям, Великий игва Уицраор заканчивает строительство Моста-тоннеля через Суфэтх, чтобы помочь своему Господину вернуться в Шаданакар.
– Я уже не Седьмой, – качнул головой Сухов. – Седьмой ушел... в неведомые дали, здесь лишь его оболочка. – Никита коснулся пальцем груди, как это сделал до него визитер. – Кто вы? На очередного посланника, собирателя новой Семерки, вы, мягко говоря, не похожи.
– Всего лишь курьер с определенным посланием. Это тело не мое, я – программа, вселенная в человека Земли, и знаю не так уж много, но моя задача – известить вас, что я и делаю.
Сухов и Такэда переглянулись.
– Присядем. – Никита сел на диван. – Толя, принеси и мне чашку, погрею внутренности, на улице не меньше минус двадцати, да еще с ветром.
Такэда принес две чашки, и они принялись пить чай, поглядывая друг на друга. Потом курьер отставил чашку, вытер выступивший на лбу пот и блаженно откинулся на спинку кресла.
– Славно! Давно не чувствовал себя так комфортно.
– Начинайте, – обронил Сухов.
Старик подтянулся, посерьезнел, глаза его налились светом, как бы протаяли в глубину.
– Я знаю, что вы лишены силы. Седьмой действительно ушел в невообразимые пространства Веера, возможно, даже покинул его. Остальные маги Семерки, хранители своих хронов-миров, закапсулировали свои владения, чтобы спасти их от схлопывания в черной дыре общего коллапса, и не отзываются на наши вызовы. – Старик пожевал губами. – Во всяком случае, меня они к себе не пустили."
"– Их можно понять.
