Автор
В двенадцать минут пятнадцати ночи, когда мир еще погружен в тишину, что-то необычное произошло. Сторожем организма была прервана мелодичная кошачья лапа, вместо ожидаемого громкого звука угрозы. Что скрывает этот ночной подъем? В помещении царит шепот, будто ветер сильного шторма прошелся по комнате. Глаза медленно привыкают к темноте, и все равно не видно ни призраков, ни живых существ — только тихий шорох воздуха....
– Мы тоже охотились за мечом Святогора. – Сухов-старший кивнул на лежащий на столе тускло-серый клинок. – Вот он. Не работает, мертв. Для того чтобы он включился, в него надо вдохнуть душу, но я этого делать не умею. Может, Димка справится? Во всяком случае, попытаемся его инициировать. Из Дигма мы прыгнули в хрон игвы Дуггура, еле унесли оттуда ноги, зато узнали, что меч здесь. Прилетели сюда, нашли Финист и «умертвие»... – И попались в засаду.
– Это была ловушка, – согласился Никита. – Нам удалось уничтожить весь отряд «чекистов» – теперь мы практически безоружны, если не считать меч и «умертвие», – но уйти от Дуггура мы не смогли.
– Мы и сами этого не поняли, – сказал Такэда. – Хотя, возможно, существует веская причина для такого расчета.
– Какая?
– Дуггур испугался."
"Ростислав скептически покачал головой.
– Он беспредельщик, для него не существует никаких нравственных норм и законов, и он готов на любой поступок.
– Дуггур претендует на статус Великого игвы и хочет показать всему Шаданакару, что может быть великодушным. Это первый вариант. Второй: он не знает, где сейчас находится Седьмой – магическая «матрица» Никиты, поэтому и не хочет рисковать – убивать носителя. Это чревато. Лучше подержать тело носителя у себя, чтобы при случае предъявить в качестве товара, предмета торговли.
Ростислав подумал, кивнул:
– Очень даже логично. Но вернемся к нашим проблемам. Меч и «умертвие» у нас, однако явно непригодны к использованию. Что дальше? Кстати, что это за намеки насчет всей правды? Чего я еще не знаю, что знаете вы?
Такэда отвернулся.
Сухов-старший помолчал немного, пребывая в некоторой растерянности, потом прямо глянул в глаза Светлова:
– Ты капитан спецназа и должен понять. Ваш поход с Будимиром также был отвлекающим маневром, дополнительным. Мы должны были заставить СС и ЧК поверить в основательность наших претензий на сбор новой команды Семерых.
Стало тихо.
Ростислав закрыл глаза, переваривая сказанное. Вопреки ожиданиям обиды и злости на Сухова он не испытывал.
