Автор
В двенадцать минут пятнадцати ночи, когда мир еще погружен в тишину, что-то необычное произошло. Сторожем организма была прервана мелодичная кошачья лапа, вместо ожидаемого громкого звука угрозы. Что скрывает этот ночной подъем? В помещении царит шепот, будто ветер сильного шторма прошелся по комнате. Глаза медленно привыкают к темноте, и все равно не видно ни призраков, ни живых существ — только тихий шорох воздуха....
Прощайте!
Ростислав оглянулся на спутников, вдруг открывших стрельбу. Пригнулся, доставая пистолет и прикрывая телом Будимира. Из леса замелькали вспышки выстрелов, пули с чавкающими звуками начали влипать в стены избы.
– Уходите! – крикнул Сухов-старший. – Мы вас нагоним!
Одна из пуль вжикнула над ухом застывшей бабы Домны, та отшатнулась, подняла руку над головой, стала черной и страшной!
– У-у, басурманы, нет от вас покоя! Ка-ба-ннах!
Из-под избы ширкнуло прозрачное пламя, превратилось в густые струи дыма, прострелившие поляну насквозь, вонзились в лесную чащу.
Баба Домна подтолкнула Ростислава к проему входа.
– Чего встал, гойда шибче!
Они вбежали в избу, заполненную вязкой темнотой, как водой. Ростислав споткнулся обо что-то твердое, едва удержался на ногах. Твердое буркнуло:
– Под ноги гляди, слепень!
– Сюда!
Его схватили за руку, дернули в сторону, так что он едва не выпустил руку Будимира.
– Ждите, щас матка придет, – сообщила голова и скрылась.
Ростислав посмотрел на Будимира, но мальчишка испуганным не казался, в его глазах читались любопытство и удивление. Но не страх. Уловив взгляд Ростислава, он несмело улыбнулся.
– Это, наверное, Синя.
– Что?
– Дядя Толя говорил, что у Бабы Яги три сына: Пузя, Резя и Синя. Нас встретил Резя. А это был Синя.
– Похоже, – согласился Ростислав. – Ты думаешь, баба Домна и есть Баба Яга?
– Баба Яга – сказочный персонаж, – по-взрослому ответил Будимир, – а баба Домна – реальное воплощение образа.
– Это тебя дядя Толя просветил?
– Он еще говорил, что Яга – это измененное «йога», то есть способность мистического перемещения.
– Наверное, он прав. Не боишься, что мы с тобой попадем в... этот, как его... в Суфэтх?
– Боюсь, – кивнул мальчик серьезно.
